– Ну что ж, разве не каждому нужен автомат АК-47, чтобы избавляться от крыс, наносящих ущерб запасам зерна? – Партия в тысячу четыреста настоящих, то есть полностью автоматических, штурмовых винтовок была перехвачена две недели назад в порту Лос-Анджелеса, но КНР отрицает свою ответственность, хотя разведывательная служба США проследила заказ до определённого телефонного номера в Пекине. Это было известно Райану, но информация об этом строго засекречена и не просочилась за пределы очень ограниченного круга лиц. Такие меры были приняты потому, что утечка могла скомпрометировать методы сбора разведывательной информации – в данном случае Агентство национальной безопасности в Форт-Мид. Новая телефонная система в Пекине не создавалась американской компанией, но значительная часть проектирования была отдана по контракту фирме, которая имела выгодное соглашение с одним из федеральных агентств США. Это не было, строго говоря, законным, но при охране вопросов национальной безопасности такие вещи допустимы.
– Значит, они не хотят играть по правилам, я не ошибаюсь?
Уинстон хмыкнул.
– Да уж.
– У тебя есть предложения? – спросил президент Райан.
– Нужно напомнить косоглазым ублюдкам, что они нуждаются в нас намного больше, чем мы нуждаемся в них.
– Прошу тебя быть осторожным в разговоре о государствах, особенно обладающих ядерным оружием, – напомнил Райан своему министру финансов. – И не употреблять расистские выражения.
– Джек, это или ровное поле для игр, или нет. Или мы играем в справедливую игру, или не играем. Если они удерживают у себя гораздо больше наших денег, чем мы – их, это означает, что они должны начать вести с нами справедливую игру. О'кей, я знаю, – он поднял руки, словно защищаясь, – они оскорблены тем, что мы признали Тайвань, но это был правильный поступок, Джек. Ты действовал совершенно правильно, наказав их. Эти желтомордые твари убили множество людей, и они же, скорее всего, являются соучастниками наших врагов в Персидском заливе, а также молчаливо поддерживали нападение с применением Эболы. Так что наказание вполне справедливо. Однако не-е-е-ет, мы не можем наказать их за соучастие в вооружённом нападении на Соединённые Штаты и гибель тысяч людей. Верно? Мы слишком большие и сильные, чтобы проявлять мелочность. Мелочность, проклятие! Прямо или косвенно, эти мерзавцы помогли фанатику Дарейи убить семь тысяч наших граждан, так что установление дипломатических отношений с Тайванем стало ценой, которую они заплатили, причём чертовски малой ценой, если тебя интересует моё мнение. И они должны понять это. Нужно, чтобы они узнали наконец, что у мира есть определённые правила. Таким образом нам нужно продемонстрировать Китаю, какую боль придётся им испытать, если они продолжат нарушать правила, а мы должны сделать так, чтобы эта боль была чувствительной. До тех пор, пока они не поймут этого, у нас будут неприятности. Рано или поздно, но они обязаны научиться. Мне кажется, что мы ждали достаточно долго.
– О'кей, но запомни следующую точку зрения: кто мы такие, чтобы учить их правилам?
– Это дерьмо, Джек! – Уинстон принадлежал к тем немногим людям, которые могли – хотя вряд ли имели право – так говорить в Овальном кабинете. Отчасти это объяснялось его собственными достижениями, отчасти тем, что Райан уважал людей, говоривших правду, даже если слова, употребляемые Уинстоном, не всегда относились к разряду литературных. – Запомни, это они обманывают нас. Мы ведём справедливую игру. У мира есть правила, и эти правила соблюдаются мировым сообществом. Если Пекин хочет стать частью этого сообщества, ну что ж, они должны подчиняться тем же правилам, как и все остальные. Если ты хочешь поступить в клуб, тебе придётся сначала заплатить вступительный взнос, и даже после этого ты не сможешь ездить на своём гольф-карте по зелёному полю для гольфа. Никто не имеет права в одиночку жрать пирог под одеялом.
«Проблема, – думал Райан, – заключается в том, что люди, стоящие во главе целых стран – особенно больших, могущественных и важных, – не относятся к числу тех, кому можно говорить, как и почему они должны поступать. Это тем более относится к диктаторским странам. В либеральных демократиях идея главенства закона применяется практически ко всем. Райан является президентом, но он не имеет права ограбить банк только потому, что у него нет карманных денег».
– Остынь, Джордж. Поезжай к Скотту и разработай вместе с ним что-нибудь, на что я смогу согласиться. После мы попросим госдеп объяснить правила Пекину. –
«Сегодня будет важный вечер», – подумал Номури. Да, конечно, он переспал с Минг вчера, и ей, по-видимому, понравилось. Но теперь у неё появилось время обдумать происшедшее, и будет ли её реакция такой же? Или она решит, что он напоил её и воспользовался этим? Номури не принимал амурные успехи за глубокое понимание женской психологии.
