Медведь и Дракон полностью

— Я принадлежу к обществу Иисуса, — ответил Шепке. «Иезуит, — сразу подумал Вайс. — Это многое объясняло».

— Вы из Германии?

— Совершенно верно, но теперь я живу в Риме и преподаю в университете Роберто Беллармина[52]. Меня попросили сопровождать его преосвященство из-за моего знания языков. — Английский Шепке был грамматически идеален и с поразительно точным произношением, но его нельзя было отнести ни к английскому как таковому, ни к американскому и ни к канадскому.

А также потому, что вы очень умны, — добавил про себя Вайс. Ему было известно, что у Ватикана есть великолепная служба, занимающаяся сбором разведывательной информации, наверно, самая старая в мире. Итак, этот монсеньор является одновременно дипломатом и разведчиком, решил Вайс.

— Я не буду спрашивать вас, каким количеством языков вы владеете. Не сомневаюсь, что их гораздо больше, чем у меня, — заметил он. Вайсу ещё не приходилось встречать ни единого глупого иезуита или даже слышать, что такой есть.

По лицу Шепке промелькнула дружеская улыбка.

— Это моя обязанность. — Затем он посмотрел на телефон. Лампочка погасла. Шепке извинился, ушёл во внутренний кабинет и тут же вернулся. — Его преосвященство приглашает вас.

Вайс встал и последовал за германским священником. Человек, которого он увидел в кабинете, не был в облачении кардинала. Он выглядел как обычный пожилой итальянец, тучный, одетый в костюм, с красной рубашкой (или это жилет?) под его воротником римского священника. Корреспондент CNN не помнил, требуется ли в соответствии с протоколом поцеловать перстень кардинала, но целование рук не относилось к его привычкам, поэтому он просто пожал ему руку, как положено по американскому обычаю.

— Добро пожаловать в нашу миссию, — сказал кардинал ДиМило. — Вы наш первый американский репортёр. Прошу садиться, — и он указал на кресло.

— Спасибо, ваше преосвященство. — Эту часть протокола Вайс помнил.

— Чем мы можем помочь вам сегодня?

— Видите ли, мы приехали в Пекин, чтобы освещать торговые переговоры между Америкой и Китаем, а сейчас пытаемся найти что-нибудь интересное о жизни в этом городе. Вчера мы узнали, что у Ватикана есть своё посольство в Пекине, и вот решили приехать и поговорить с вами, сэр.

— Великолепно, — заметил ДиМило с приветливой улыбкой священника. — В Пекине есть христиане, хотя они и не принадлежат Риму.

Вайс почувствовал, что у него в голове вспыхнула лампочка.

— Китайские христиане?

— Мы встретили всего нескольких. Сегодня мы собираемся повидать одного из них. Между прочим, это баптистский пастор, его зовут Ю.

— Неужели? — удивился Вайс. Местный баптист?

— Да, — подтвердил Шепке. — Хороший парень, он даже получил образование в Америке, в университете Орала Робертса.

— Китайский гражданин из университета Орала Робертса? — спросил Вайс с недоверием в голосе, и одновременно в его голове промелькнула мысль — вот это настоящая тема!

— Действительно, это несколько необычно, правда? — заметил ДиМило.

«Достаточно необычно уже то, что баптист и кардинал Римско-католической церкви дружески разговаривают друг с другом, — подумал Вайс, — но когда это происходит здесь, это так же невероятно, как видеть живого динозавра, шагающего по Моллу в Вашингтоне. Атланте это понравится, можно не сомневаться».

— Не могли бы мы поехать с вами? — спросил корреспондент CNN.