Медведь и Дракон полностью

— …Боже мой, Джек, — сказала Мэри-Пэт. Солнце уже опустилось за нок-рею. Кэти летела домой из Хопкинса, а Джек сидел в своём личном кабинете рядом с Овальным кабинетом, держа в руке стакан виски со льдом, вместе с директором ЦРУ и его женой, заместителем директора по оперативной деятельности. — Когда я увидела это, мне пришлось срочно навестить туалет.

— Понимаю тебя, МП. — Джек передал ей стакан шерри — любимый напиток Мэри-Пэт, позволяющий ей расслабиться и успокоиться. Эд Фоули взял банку с пивом «Самуэль Адамс», соответствующим его происхождению из рабочего класса. — Эд?

— Джек, это абсолютное гребаное безумие, — выпалил директор ЦРУ. Слово «гребаное» обычно не используется в присутствии президента, даже такого. — Я хочу сказать, конечно, это прибыло из надёжного источника и так далее, но, господи, такие вещи просто не делаются.

— Пэт Мартин был здесь, правда? — спросила заместитель директора ЦРУ. В ответ она увидела кивок. — Тогда он должен был сказать тебе, что это фактически объявление войны.

— Фактически да, — согласился Райан, отпив глоток своего ирландского виски. Затем он достал свою последнюю сигарету дня, украденную у миссис Самтер, и закурил. — Но реальность трудно отрицать, и нам нужно каким-то образом втиснуть это в правительственную политику.

— Нужно пригласить сюда Джорджа, — первым делом сказал Эд Фоули.

— И показать ему материалы «ЗОРГЕ»? — спросил Райан. На лице Мэри-Пэт промелькнула болезненная гримаса. — Я знаю, что мы должны охранять «ЗОРГЕ», как королевские драгоценности, но, черт побери, если мы не можем использовать эти материалы для того, чтобы разобраться в китайских руководителях, наше положение будет ничем не лучше, чем то, что было до получения этого источника.

Она глубоко вздохнула и кивнула, зная, что Райан прав, но это всё равно ей не нравилось.

— Тогда пригласим и нашего домашнего психиатра, — сказала она. — Нам понадобится врач, чтобы узнать его мнение. Все это настолько безумно, что медицинское заключение не повредит.

— Далее, что мы скажем Сергею? — спросил Джек. — Он знает, что нам это известно.

— Ну что ж, начнём с того, что порекомендуем ему проявлять максимальную осторожность, — посоветовал Эд Фоули. — Как ты считаешь, Джек?

— Да?

— Ты сообщишь об этом своим людям, я имею в виду Секретную службу?

— Нет… о, да.

— Если китайцы хотят совершить один акт войны, почему не совершить второй? — задал риторический вопрос директор ЦРУ. — Кроме того, сейчас у них нет особых оснований испытывать к тебе тёплые чувства.

— Но почему Головко? — спросила МП, глядя вверх. — Он не является врагом Китая. Он профессионал, король шпионов. Насколько я знаю, у него нет какой-то определённой политической платформы. Сергей — честный человек. — Она снова отпила немного шерри.

— Верно, насколько я знаю, у него нет честолюбивых политических устремлений. Но он ближайший советник президента Грушевого по самым разным вопросам — иностранная политика, внутренние дела, оборона. Он нравится президенту Грушевому, потому что он умный и честный…

— Верно, такие люди встречаются достаточно редко и в нашем городе, — признался Джек. Что, впрочем, было несправедливо. Он подобрал свой внутренний круг почти полностью из людей без политических устремлений, и это делало их редкой породой на территории Вашингтона. То же самое относится и к Головко, человеку, который предпочитал служить, а не править, и в этом он походил на американского президента.

— Вернёмся к главному вопросу. Неужели китайцы что-то затевают, и если да, то что именно?

— Я не знаю, что это может быть, Джек, — ответил Фоули, говоря сейчас от имени своего Агентства. — Но не забывай, что даже с помощью «ЗОРГЕ» мы не смогли разобраться в их внутреннем мышлении. Они настолько отличаются от нас, что прочесть их мысли чертовски трудно, а сейчас они только что получили жестокий удар в зубы, хотя не думаю, что они поняли это.

— Поймут меньше чем через неделю.

— Да? Каким образом? — спросил директор ЦРУ.

— Джордж Уинстон сказал мне, что меньше чем через десять дней подходит время оплаты нескольких крупных коммерческих контрактов. Так что увидим, как это повлияет на их счета, — и они тоже увидят это.

Рабочий день начался в Пекине раньше, чем обычно. Фанг Ган вышел из своего служебного автомобиля и поспешил по ступенькам внутрь здания, мимо охранника в мундире, который всегда держал открытой дверь для него, но на этот раз не было благодарного кивка от великого сына народа. Фанг подошёл к своему лифту, ступил внутрь, затем вышел из лифта, когда поднялся на свой этаж. Дверь в его кабинет была всего в нескольких шагах. Фанг был здоровым и энергичным мужчиной для своего возраста. Его личный секретариат вскочил на ноги, когда он вошёл в приёмную — на час раньше, поняли они.

— Минг! — позвал он девушку по пути в кабинет.

— Да, товарищ министр, — ответила она, входя во все ещё полуоткрытую дверь.

— Какие статьи вы извлекли сегодня из иностранных средств массовой информации?

— Одну минуту.