Послы были когда-то Очень Важными Персонами, и этим объяснялось то обстоятельство, что до сих пор каждый из них должен получить одобрение сената Соединённых Штатов. Когда писали Конституцию, по миру путешествовали на парусных судах, и посол в иностранном государстве действительно был Соединёнными Штатами Америки. Он должен был говорить от имени своей страны безо всяких указаний из Вашингтона. Современные средства связи превратили послов в почётных почтальонов, но иногда они по-прежнему выполняли ответственные поручения с осмотрительностью и благоразумием. Это был именно такой случай.
— Они хотят, чтобы Государственный секретарь прилетел к ним как можно скорее. Запасной самолёт стоит на авиабазе истребительной авиации примерно в пятнадцати милях отсюда. Мы можем доставить Скотта к самолёту уже через час, — доложил Станислас Левендовский.
— Спасибо, Стан. Займись этим.
— Сейчас же займусь, — ответил с коротким поклоном посол, родившийся в Чикаго.
— Что ещё нам нужно знать?
— Если не считать этого, сэр, все остальное под контролем.
— Меня пугает, когда я слышу это, — негромко заметила Кэти. — Услышав такую фразу, я поднимаю голову, чтобы увидеть падающий мешок с песком.
— Только не здесь, мэм, — пообещал Левендовский. — Здесь все действительно под контролем.
— Эдуард Петрович, это не слишком приятная новость, — сказал Головко своему президенту.
— Сам вижу, — коротко согласился Грушевой. — Но почему мы должны узнавать об этом от американцев?
— У нас был очень хороший источник в Пекине, но недавно он был вынужден уйти в отставку. Ему шестьдесят девять лет, и он болен. Ему пришлось оставить свой пост в партийном секретариате. К сожалению, мы не можем найти ему замену, — признался Головко. — Американский источник занимает, по-видимому, такое же место. Нам повезло, что мы получаем такую информацию, и не так уж важно, от кого она исходит.
— Да, лучше иметь её, чем не иметь, — согласился Эдуард Петрович. — Итак, что последует дальше?
— По просьбе американцев Государственный секретарь Адлер прилетит сюда примерно через три часа. Он хочет обсудить непосредственно с нами «проблему взаимного интереса». Это означает, что американцы обеспокоены происходящими событиями не меньше нас.
— Что они скажут?
— Вне всякого сомнения, они предложат нам какую-то помощь. Какую именно, мне неизвестно.
— Есть что-нибудь, чего я не знаю об Адлере и Райане?
— Не думаю. Скотт Адлер — профессиональный дипломат, повсюду пользуется популярностью из-за своих знаний и опыта. Он друг Райана ещё с того времени, когда Иван Эмметович был заместителем директора ЦРУ. Они хорошо уживаются друг с другом, у них нет разногласий по вопросам международной политики. Я знаю Райана больше десяти лет. Он умён, решителен и человек необычного личного благородства. Если он даёт слово, то никогда его не нарушает. Он был врагом Советского Союза, искусным врагом, но после перемены политической системы в России стал нашим другом. Судя по всему, он хочет, чтобы мы добились успеха и процветания в экономической сфере, хотя его усилия в этой области были иногда несвязными и запутанными. Как вы знаете, мы помогли американцам в двух «чёрных» операциях, одна была направлена против Японии, другая — против Ирана. Это важно, потому что Райан считает, что он у нас в долгу. Он, как я уже сказал, благородный человек и захочет вернуть нам этот долг, если только это не противоречит интересам безопасности его страны.
— Нападение Китая он будет рассматривать именно так? — спросил президент Грушевой.
Головко решительно кивнул.
— Да, я уверен в этом. Мы знаем, что Райан в личной беседе говорил, что любит и уважает русскую культуру и ему хочется, чтобы Америка и Россия были стратегическими партнёрами. Поэтому я думаю, что Государственный секретарь Адлер предложит нам значительную помощь против Китая.
— В какой форме?
— Эдуард Петрович, я офицер разведывательной службы, а не предсказатель будущего… — Головко замолчал. — Скоро мы узнаем больше, но если вы хотите, чтобы я высказал предположение…
— Говорите, — приказал русский президент.
Директор СВР сделал глубокий вдох и высказал своё предположение:
— Он предложит нам место в НАТО. — Это потрясло Грушевого.
— Присоединиться к НАТО? — спросил он, не веря собственным ушам.
— Это будет самым разумным решением проблемы. Мы становимся союзниками всей Европы, и в случае нападения Китая все члены НАТО должны будут оказать нам военную помощь.
— И если они сделают нам такое предложение?..
— Вам следует немедленно принять его, товарищ президент, — ответил директор Службы внешней разведки. — Будет глупо, если мы откажемся.
— Что они потребуют за это?
— Чего бы они ни потребовали, это обойдётся нам гораздо дешевле, чем война с Китаем.
Грушевой задумчиво кивнул.
— Я обдумаю это. Неужели возможно, чтобы Америка признала Россию своим союзником?
