Через несколько секунд поезд остановился с резким толчком, и они получили возможность выйти на бетонную платформу, которая, увидели они, протянулась на добрых тысячу метров на восток. Не прошло и пяти минут, как солдаты штабного подразделения тоже вышли на платформу и направились к своим машинам, разминая усталые ноги и одновременно ворча.
— Привет, Энджи, — послышался знакомый голос.
Гиусти повернулся, увидел полковника Уэлша и пошёл к нему, приложив руку к фуражке.
— Что происходит? — спросил Гиусти.
— На востоке отсюда происходит чёрт знает что, но есть хорошая новость.
— Какая именно?
— Для нас приготовили огромное количество горючего. Я летал вместе с охранными подразделениями, и Иван говорит, что у него всюду размешены хранилища дизельного топлива размером с гребаные супертанкеры. Так что без горючего мы не останемся.
— Это хорошая новость. А как относительно моих вертушек? — Уэлш молча показал рукой. Меньше чем в трехстах ярдах стоял вертолёт «Киова Уорриер» OH-58D. — Хвала господу за это. А плохие новости?
— Китайская Народно-освободительная армия перебросила в Сибирь четыре полностью укомплектованных армии категории «А» и продвигается на север. До сих пор с ними не было никаких столкновений, потому что Иван избегает боев до тех пор, пока не соберёт что-то по-настоящему большое, способное противостоять китайцам. На театре военных действий у русских одна мотострелковая дивизия, и ещё четыре направляются на север, чтобы присоединиться к ней. Последняя русская дивизия покинула эту сортировочную станцию всего полтора часа назад.
— Тогда что это значит? Шестнадцать тяжёлых дивизий входят в состав армии вторжения?
Уэлш кивнул:
— Да, примерно.
— А в чём состоит моя задача?
— Собери свой батальон и направляйся на юго-восток. Замысел операции заключается в следующем: Первая бронетанковая отрежет вторгшуюся армию от источников снабжения. После этого русская армия попытается остановить китайцев в двух сотнях миль на северо-востоке отсюда.
— А они смогут это сделать? — Четыре русские дивизии против шестнадцати китайских не казались благоприятным соотношением сил.
— Я не уверен, — признался Уэлш. — Твоя задача заключается в том, чтобы продвинуться вперёд и создать кордон безопасности для дивизии. По пути обеспечить охрану первого большого хранилища горючего. Оттуда двинемся дальше.
— Воздушная поддержка?
— В настоящее время военно-воздушные силы занимаются в основном истребительной работой. Не наносился ещё ни один глубокий удар, потому что у них недостаточно бомб для поддержания настоящей кампании.
— Как относительно дополнительного снабжения?
— У нас по два основных боезапаса для всех гусеничных машин. На первое время должно хватить.
По крайней мере, по четыре боекомплекта для артиллерии — это означает четверо суток артиллерийского огня. Специалисты по снабжению, которые занимались этими расчётами, достаточно щедро относились к количеству снарядов, выпущенных в противника. В течение всей войны в Персидском заливе ни один танк не расстрелял полностью весь свой боекомплект. Оба знали это. Но там была другая война. Ни одна война не похожа на другую, и со временем ситуация становилась только хуже.
Гиусти повернулся, когда услышал, что заработал первый двигатель. Это был разведывательный бронетранспортёр «Брэдли Скаут» МЗА2, и сержант, выглядывающий из люка, казался счастливым от того, что они наконец смогут двигаться. Русский офицер, взявший на себя обязанности регулировщика, махнул рукой, позволяя «Брэдли» двинуться вперёд, затем перейти в район сбора. К соседней рампе медленно подошёл второй поезд. Это будет подразделение «А», или «Авенджер», с первым действительно тяжёлым вооружением «Квортерной лошади», включая девять боевых танков первой линии М1А2.
— Сколько пройдёт времени, прежде чем все прибудут сюда? — спросил Гиусти.
— Мне сказали, девяносто минут, — ответил Уэлш.
— Посмотрим.
— Что это? — спросил капитан, обращаясь к экрану перед собой. Самолёт Е-ЗВ «Сентри» с обозначением «Орёл-2» совершил посадку в Жиганске. Его экипаж был изрядно потрясён. Они подверглись атаке настоящими истребителями, и это было качественно совсем иным, чем во время учений и послеоперационного анализа дома, на территории США. Видеозаписи воздушного боя были переданы разведывательной группе авиакрыла, которая смотрела на бой несколько отвлечённо, но они увидели, что китайские ВВС Народно-освободительной армии послали в атаку на АВАКСа целый полк истребителей первой линии. Более того, они сделали это в самоубийственной операции. Китайские истребители устремились в атаку на форсаже, а это лишало их возможности возвращения обратно на базу. Таким образом, они были готовы обменять тридцать своих истребителей на один АВАКС Е-ЗВ.
Но в этой операции было даже нечто большее, увидел капитан.
— Посмотрите сюда, — сказал он своему полковнику. — Три, нет, четыре разведывательные птички улетели на северо-запад. — Он протянул ленту видеозаписи вперёд и затем обратно. — Мы не тронули их. Больше того, наши истребители даже не заметили эти самолёты.
