Белинда, Чарли и Боб бросились в гостиную. Трансляция бейсбольного матча была прервана, и показывали хронику событий, совсем недавно происшедших в одном из бедных пригородов Сиднея. Здесь жили в основном иммигранты — переселенцы из Африки и Азии. Особенно много было тут вьетнамцев, которые подались в Австралию после того, как началась война между Северным и Южным Вьетнамом. Этот район Сиднея был известен тем, что здесь была наиболее высокая в Австралии преступность, а также постоянными волнениями и беспорядками, происходившими среди новоиспеченных жителей Австралии, которые вечно были чем-то недовольны.
Сегодня утром туда направился премьер-министр, чтобы на месте проанализировать ситуацию и вместе с городскими властями попробовать найти пути к решению этой непростой проблемы. Неподалеку от этого района располагалась большая колония австралийцев китайского происхождения. Между ними и вьетнамцами часто возникали конфликты, вспыхивали драки, дело доходило до поножовщины и перестрелок.
И те и другие представляли собой головную боль для австралийского правительства, а потому поездка премьер-министра в такой район, разумеется, носила довольно рискованный характер.
Сотрудники службы безопасности, находившиеся здесь, при резиденции бывшего генерал-губернатора, а точнее, сторожившие неизвестно от кого его вдову, сгрудились перед экраном телевизора, наблюдая за только что переданными из Сиднея кадрами событий, происшедших несколько минут назад.
Возбужденный голос диктора комментировал кадры, снятые операторами австралийской телекомпании «TNA»:
— Почти немедленно после приезда премьер-министра Австралии в бедные районы Сиднея, населенные в основном иммигрантами, прибывшими из Вьетнама, Китая и других стран Юго-Восточной Азии, начались массовые волнения и беспорядки. Жизнь премьер-министра оказалась в опасности. Была сделана попытка покушения на него. Служба охраны и полиция были вынуждены применить автоматическое оружие для того, чтобы разогнать излишне возбужденную толпу. Сотрудники службы безопасности премьер-министра тут же увезли его в аэропорт.
Кадры, мелькавшие на экране телевизора, показывали то разбегавшуюся в страхе толпу, то охранников премьера, то вооруженных автоматическими винтовками людей в черных комбинезонах с нашивками на правом рукаве, которые мгновенно организовали оцепление вокруг машины премьер-министра, обеспечивая его безопасность.
Джеф ткнул пальцем в экран.
— Смотри, смотри, Боб, это ребята из спецпатруля.
Бентон отмахнулся:
— Да вижу.
Сотрудники охраны и спецпатруля, быстро оградив премьер-министра от беснующейся толпы, постепенно оттеснили ее в сторону, открыв путь для машины премьер-министра.
— Ого, сколько их, — сказал Джеф. — Наверное, десятка полтора.
— Да нет, больше, — сказал Боб. — Это только возле машины человек пятнадцать, а сколько еще разбираются с толпой.
И действительно, огромный лимузин премьер-министра был окружен примерно полутора десятками человек, которые бегом сопровождали машину, держа наизготове заряженные пистолеты.
Чарли, который восхищенно смотрел на экран, автоматически отметил, что сотрудники службы безопасности и спецпатруля работают очень четко и профессионально. Во-первых, они сразу же нейтрализовали толпу, во-вторых, организовали оцепление и оградили самого премьер-министра от возможных нападений, в-третьих, расчистили дорогу и позволили машине беспрепятственно покинуть место волнений. При этом, как сообщала диктор, никто не пострадал.
Коротко прокомментировав происшедшее в Сиднее событие, диктор, после того, как камера показала крупным планом несколько вооруженных человек, сопровождавших машину премьер-министра, с восхищением сказала:
— Эти люди с оружием, которых вы сейчас видите на своих экранах, являются специальными агентами австралийского правительства. Оно может гордиться тем, что на него работают такие профессионалы.
Чарли кисло усмехнулся. Ну да, это специальные агенты. Такие же, как он. Некоторых он даже знает, учился с ними вместе здесь, в Австралии, и в Соединенных Штатах. Только эти ребята получили отличную работу и настоящее дело, а он вынужден проводить время, словно сиделка, приглядывая за этой пожилой дамой и исполняя все ее прихоти. Эх, ему бы сейчас туда. А вместо этого он вынужден снова тащиться наверх в эту полутемную спальню, где пахнет дорогой и совершенно ненужной этой пожилой тетке косметикой, где на стенах висят портреты какого-то огромного поместья где-то в штате Новый Южный Уэльс, где над ним постоянно смеются и издеваются.
Словно в подтверждение его мыслей, на столике в прихожей снова зазвонил телефон. Белинда тут же бросилась к трубке.
— Да, я слушаю. Да, миссис Уилкинсон, да, он здесь. Да, я ему передавала. Простите, миссис Уилкинсон, но… Миссис Уилкинсон, миссис Уилкинсон…
Похоже было, что на другом конце провода бросили трубку, потому что Белинда недоуменно посмотрела на телефон, а потом, тяжело вздохнув, вернулась в гостиную.
— Чарли, она наорала на меня, возмущаясь тем, что тебя до сих пор нет у нее наверху.
Чарли нетерпеливо отмахнулся.
