– Спасибо, Джеймс, – мальчик взял чашку и, легонько подув, посмотрел на остальных поверх её края. – Я отвечу на твои вопросы, Тео: вероятно, Хуберт упал с лестницы из-за сбоя в гиростабилизаторе. Он служит для того, чтобы автоматы могли удерживать равновесие и ходить прямо, как люди. Если кто-то и в самом деле саботировал Хуберта, халтурное программирование могло послужить причиной неполадок в системе управления.
– А страх перед змеями? – напомнила Тео. Она всё никак не могла простить дворецкому лорда Арчибальда нападок на мисс Софи.
– Нет, – признал Харольд. – В этом-то и странность. Его скверное поведение по отношению к нам не может быть ошибкой. Его или специально запрограммировали, или… – Он не договорил и покачал головой. – Не имею понятия.
– Как ни странно, потом Хуберт снова общался с нами приветливо, – заметил Люциус. – Когда провожал до дверей.
Харольд кивнул:
– Да. Будто в его системе управления боролись две программы: добрый Хуберт и злой Хуберт.
– Технические детали не так существенны, – вмешался Себастиан. – Куда важнее вопрос, почему Хуберт вообще сломал вещи лорда Арчибальда. И почему хотел свалить всё на Бутти? Кому выгодно, чтобы лорд Арчибальд горевал, а Бут попал в тюрьму? Согласитесь, Хуберт не преступник, а лишь чей-то инструмент.
– Это точно, – поддержал его Харольд. – Но каковы причины всего этого… – Он нахмурил лоб. – Тут я пас. Всё это так нелепо. У лорда Арчибальда, судя по всему, не было врагов, а уж у Бутти тем более. Добрее души не сыскать.
У Люциуса мелькнула неприятная догадка:
– Харольд, а что, если целью мошенников были вовсе не лорд Арчибальд или Бутти, а твой отец?
– Мой отец? Но почему… – Тут он сообразил. – Точно! Это ведь отец изготовил Хуберта. Если поползут слухи, что отец продаёт автоматы, которые в домах покупателей…
– Богатых и могущественных, – вставил Люциус.
– Вот именно. Если выяснится, что автоматы из дома Кейворов устраивают в жилищах новых богатых и влиятельных владельцев хаос… Тогда никто больше не станет заказывать у отца механических слуг, и его репутация будет разрушена!
– Как золотой кристалл власти едва не разрушил репутацию моего отца, – помрачнел Себастиан.
– Срочно ко мне домой! – вскричал Харольд. – Я должен поговорить с отцом. Похоже, кто-то хочет запятнать его доброе имя!
Минуту спустя друзья уже выскочили из главного входа клуба «Диоген». Джеймс, которого они в очередной раз оставили в «Вороновом гнезде» присматривать за мисс Софи, стоял на балконе башенки и взволнованно махал им вслед. Похоже, мысль, что его дому угрожает опасность, крайне обеспокоила автоматического человека.
– Спасибо, Джеймс! – крикнул ему Харольд.
Ребята сели в один из паровых кебов, которые постоянно находились в распоряжении членов клуба и которыми – клуб чтил традиции – управляли исключительно кучеры-люди. Харольд назвал кучеру адрес.
Когда они тронулись с места, Люциус заметил краем глаза, как из тени соседнего здания вышел мужчина и замахал стоящему у обочины кебу с кучером-авто- матом.
– Чёрт побери! – выругался Люциус.
– Что такое? – спросил Себастиан.
– Этот Макки дожидался нас снаружи, а теперь преследует в кебе. Только его нам не хватало.
– Предоставьте мне это уладить, – сказал Харольд и повернулся к окошку между кабиной и козлами. – Вас зовут Джок, верно? – обратился он к кучеру.
– Так точно, мистер, – подтвердил мужчина средних лет, который сидел на козлах, кутаясь в пальто.
– Нас преследует кеб. Мы хотели бы от него оторваться. Сумеете? – Харольд вытащил из кармана пару монет и сунул их кучеру.
Тот вскинул брови:
– Надеюсь, вы убегаете не от Скотленд-Ярда?
– Нет, всего лишь от назойливого репортёра, – покачал головой Харольд.
– В таком случае… – Джок спрятал деньги, – считайте, что мы уже от него отделались, сэр. – Он повернулся и подёргал какие-то рычажки.
Паровой котёл кеба зашипел и застучал, а потом кеб, сделав рывок, начал набирать скорость. Сигналя, экипаж промчался по улочке, потом ещё по одной и наконец свернул на широкую улицу недалеко от Темзы, известную под названием Стрэнд[6], потому что раньше она проходила вдоль реки. Однако с тех пор на берегу Темзы понастроили много всего.
На Стрэнде Джок поддал пару. Его кеб с головокружительной быстротой проносился мимо пешеходов и повозок-тихоходов. Кучер кричал и сигналил, расчищая себе путь. Впереди рабочий с тачкой отскочил на обочину, а велосипедист еле успел свернуть в подворотню. Вслед им грозили кулаками и осыпали их проклятиями, но Джок лишь невозмутимо посмеивался и не сбавлял скорости.
Люциус выглянул в окно кабины.
– Ха! – возликовал он. – Кеб мистера Макки начал отставать.
– Ничего удивительного, – заметил Харольд, глядя в окно рядом с ним. – Кучера-автомата нельзя подкупить, чтобы он нарушил правила дорожного движения. Он едет так, как здесь разрешается ездить. Как предписывает заложенная в него программа.
Тео усмехнулась:
– А Макки сейчас наверняка грызёт от досады карандаш.
