Целился по другим Лестницам, первая моя очередь ушла в молоко, вернее в землю или в тело убитого великана. Поправка, вон эта гусеница, падла, продолжает упорно карабкаться на тело убитой ящерицы, чтобы перевалиться через неё и переть дальше на стену, тут-то я её и поймал! Раз — очередь, вторая, я старался отсекать по 3-4 патрона, пытаясь приноровиться к пулемёту, есть, получается, отчётливо вижу, как мои короткие и злые очереди подбираются всё ближе и ближе к Лестнице.
Вон, даже вижу её маленькие ножки, которыми она цепляется за тело ящерицы. Лови, раз очередь, вторая длинная! Я вцепился в Печенег не на жизнь, а на смерть, как будто от него сейчас зависела моя жизнь. Пулемёт забился в моих руках выплёвывая из ствола свинец. Есть, вон очередь прошла по заднице Лестницы, оторвала несколько задних лап! Ну всё, приноровился, моя следующая длинная очередь поставила точку в жизни этой гусеницы. Я буквально вспорол её брюхо несколькими длинными очередями. Лестница. не в силах удержаться, плюхнулась на землю лапами кверху, глупо было бы упускать такой шанс — лови — всё, готова!
А мне нравится пулемёт-то. Ну, поехали дальше, патроны ещё есть, я стрелял и стрелял, периодически кидал вниз гранаты, мне приносили короба с патронами, млять, гильзы горячие чтоб вас! Разгрёб их руками перед собой, чуть было не получил по лицу лопатой — это какой-то мужик, со зверски перекошенным от злости лицом, расчистил мне площадку, а то меня реально ими засыпать стало. Я не знаю, сколько я расстрелял коробов с лентой на 200 патронов, но думаю что много. Пулемёт ощутимо нагрелся и начал дымиться, всё, надо его менять, чувствую, как ствол уже плюётся, немного тормозит.
Только оторвался от стрельбы, как увидел, что ко мне несётся та девчонка, которая меняла ствол на Нямином пулемёте. Бац! — рядом со мной она поставила другой пулемёт. Хватаю его, сую в бойницу и только я успел прицелится и выпустить пару очередей, как в бойницы ударил фонтан воды. Я прям почувствовал, как мне в лобешник, в каску, что-то прилетело, инстинктивно я откатился в сторону и стал щупать лоб. Цел. Млять, мне же камнем прилетело и прилетело довольно-таки увесисто! Я, конечно, понимаю, что лоб самая крепкая часть тела, но от попадания таким камешком наверняка было бы сотрясение и очень больно, а пополнять ряды Мушкетёров, равняясь с ними по развитию, я не очень хотел.
Мля, а вода-то льётся, кровь, куски мяса, вон, кого-то уже оттаскивают за ноги от бойниц, кто-то орёт и матерится во всё горло, у Сливы научился — Леший, точно, он.
— Они около стен, пацаны! – заорал кто-то не своим голосом.
— Гранаты! – включился я – ящик, ящики вниз кидайте!
Рядом со мной на пол тут же упал ящик с гранатами, его всё тот же мужик приволок.
— Держи – тяжело дыша прохрипел он.
Откидываю крышку — ух ты, 16 лимонок! Смотрю на бойницу, ящик пройдёт точно, хватаю две, выдергиваю кольца, кидаю их назад в ящик, быстро закрываю крышку и, буквально, выталкиваю ящик в бойницу.
Я так понял, что долететь до земли он не успел, рванул в воздухе, но рванул знатно. Сам я успел откатиться в сторону и ещё кого-то собой зацепил, мля, девка какая-то на мне лежит. Сиськи чую, сиськи — это хорошо, но они сейчас точно лишние!
— Живая? – проорал я ей на ухо.
Она лежала точно на мне и, походу, не въехала где она, а не, въехала, вон оседлала меня уже. Ну млять, а девчонка-то хороша, а руки-то мои у неё так на сиськах, эээ, простите, — на груди так и лежат! Она приподнялась, посмотрела сначала на меня, потом на мои руки— я их тут же убрал. А девчонка-то другая, этой лет 25, когда и откуда она тут взялась я не видел.
— Извини, – сказал я, продолжая её рассматривать – ты как, живая? – хотя глупее вопроса в данной ситуации не придумаешь.
— Живая – кокетливо улыбнулась она мне.
— Кирпич, глянь – услышал я сбоку голос Лешего, – все стреляют, а этот уже с девкой кувыркается!
Тут же раздалось ржание.
— Пока Светки нет! – добавил Большой и заржал.
Девчонка тут же засмущалась и лихо с меня спрыгнула.
— Дебилы! – беззлобно крикнул я им в ответ и схватился за свой пулемёт.
— Телефончик взял? – не унимался Кирпич.
— Ну, теперь ты на ней обязан жениться! – громко крикнул Большой целясь из пулемёта – будет у тебя вторая жена.
— Да его Светка сразу грохнет! – сидя около стены крикнул Леший, – а потом её.
Девчонка, походу, всё слышала, вон как свернула глазами сначала на меня, а потом на этих остряков, сверкнула и побежала дальше.
— Пацаны, Лестницы прилепились к стене справа! – пробежав мимо нас на ходу крикнул Фук – пулемётчики в 8 отсек, быстро, там есть откуда выстрелить.
Мля, я же пулемётчик, хватаю свой Печенег, мля, их тут аж три валяется, какой брать то? А вот мой, свежий, так сказать.
— Гранаты берите! – снова чей-то крик.
— Мужики, бутылки! – пробегая мимо лестницы я нос к носу столкнулся с поднявшимся сюда к нам Паштетом, в руках у него был ящик, а в ящике бутылки с коктейлем Молотова. По бойницам снова прошёлся фонтан воды.
— Вперёд! – зарычал я, и развернув Паштета направил его к уже открытой двери, которая вела в 8 отсек.
