Сколько мы не силились, но так и не смогли увидеть в бинокль наших пацанов. А вот этих рабов или пленных рассмотрели очень хорошо. Все выглядят, как оборванцы, многие очень грязные, скорее всего, после работы в шахте, им даже толком помыться не дают. Одежда у всех разная, есть те, на которых вообще хрен понятно, чего одето, такое ощущение, что они какие-то неандертальцы – какая-то мешковина или ещё что-то, и одни мужики, баб нет.
За десять минут их разделили на небольшие отряды по тридцать-сорок человек, и повели в разные стороны, одного пленного пристрелили. Он упал, ему попытались помочь подняться, за что помощникам тут же прилетело по парочке ударов прикладом, а этого просто добил один из охранников-Хватальщиков. Потом тут же подъехал джип, из него вылез Рейдер, обвязал ноги тросом, и джипом уволок убитого куда-то в сторону.
Удивило нас то, что, во-первых, среди пленных нет ни одного Хватальщика, кожа у них белая и отличаются они от людей и Укасов очень сильно.
В большинстве своём пленные состояли из людей и Укасов, но также среди них был и с десяток Рейдеров, они стояли среди всех остальных. О как, значит эти большие ребятишки тоже косячат, за что попадают в немилость к своим же. Только вот интересно – за что?
Слива предположил, что это типа штрафбата, но мы с Туманом тут же отмели эту мысль, так как их в тех же бараках ночью быстро бы на ленточки порезали. Значит, эти пленные Рейдеры сделали что-то такое, отчего другие пленные их не трогают. Ладно, потом разберёмся.
Зато на балкон этого здания на сваях, снова вышел вчерашний хрен. Мужик, лет пятидесяти, гад такой, одет в какой-то полушубок и, ухмыляясь, смотрел, как охрана колошматит прикладами пленных. Спустя минуту, к мужику вышла девица, так же одетая в полушубок и прижалась к нему. Ну конечно, как же в таком месте и у главного вертухая не будет подстилки!
Эшелон, на котором мы вчера приехали, стоит на месте. После разделения пленных на группы, одна из них начала грузить в вагон какие-то ящики.
— Явно не уголь грузят, – протягивая мне бинокль, произнёс Туман, – в ящиках скорее всего то, что они добывают в шахтах.
— Золото- брильянты? – тут же хихикнул Слива.
— Всё может быть, ящики тяжёлые. Гномы-то наши так же у себя под землёй копаются, добывая золотишко.
— Согласен насчёт золота, – поддержал я Сливу, – слишком много охраны и упаковано тут всё очень серьёзно. Железнодорожная ветка, две котельные – из обеих труб, прям, вовсю дым шёл – машины, оружие, постройки, снабжение поставлено очень хорошо. А про оборудование, которое мы не видим, но оно полюбому есть, я вообще молчу! Тут, вон, только одни вагонетки и ленты для породы чего стоят, а значит внизу и насосы, и двигатели для механизмов, и ещё куча всего. И думаю, что всё это не официально, это явно не Мэрия одного из городов тут развернулась. Скорее всего, кто-то очень влиятельный и богатый содержит маленькую армию и добывает золотишко. А пленные, это местные люди, по типу из деревни, как мы видели на горе, и вполне возможно, что обычные жители городов, бомжи, пьяницы или просто одинокие люди, которых похитили и привезли сюда. Больно сильный контраст у них в одежде. В общем, этот кто-то или эти, держат базу, где взяли в плен наших ребят и эту шахту. С базы нападают на караваны, а тут вероятно добывают золотишко.
Туман и Слива только кивали, соглашаясь с моими словами.
И тут снова пошёл дождь. Твою же мать, ну что же так не везёт-то? Прям ливень, и Туман тут же дал нам команду отползти к ближайшему большому дереву, чтобы хоть под его ветками спрятаться от дождя. Хотя нет, чуток нам повезло. Слива в одних кустах нашёл две пустые консервные банки, одна прям, реально здоровая, взяли их с собой, хоть попить из них. А если повезёт, то снова птичек подстрелим.
Мы как раз вторую дорогу перебегали, вот в кустах банки и нашли. Эта дорога, как и первая тоже вела из шахты, куда – непонятно. Но если есть два въезда-выезда, значит и дороги куда-то ведут.
Пока вокруг шахты по лесу кружили, видели несколько раз птиц, по типу таких, как вчера Слива приволок. Но Туман запретил нам их валить, чтобы аппетит не появился, сначала надо разведку провести, а еду найдём, позже. Хотя жрать охота, пипец!
И грибов нет, ягод тоже нет. Только птицы, и два раза видели следы, кажется кабана и зверюшек поменьше. Вот бы кабанчика вальнуть…
— Ну и как мы туда будем проникать? – ежась от холода, спросил я, когда мы углубились в лес метров на двести и спрятались под большим разлапистым деревом – или пацанов будем ждать?
— Проникать будем сегодня ночью, – подумав, ответил Туман, – пацанов неизвестно, сколько ещё ждать. В лоб эту шахту не возьмёшь, положат всех из пулемётов. Туда надо потихоньку проникнуть и разведать, что к чему. В бараки тоже соваться не стоит.
— Это почему? – тут же спросил Слива.
— Потому что среди пленных могут быть стукачи, а скорее всего они там наверняка есть. Поднимут вой – хрен мы уйдём, – ответил я за Тумана, – либо просто кто-то решит выслужится и заорёт.
