Я молча отдал ему большую шоколадку. Он тут же быстро нашел пакет, вытащил шоколадку из обёртки и засунул её в этот пакет, который, в свою очередь, засунул себе за пазуху. Потом постоял, подумал, вытащил пакет и отдал его стоящему рядом Лешему.
— Потом отдашь, только не съешь.
Мы опять заржали. Да и Леший прифигел, конечно.
— Держите фонарики, — протянул нам три маленьких фонаря Корж.
— Не надо, — с умным видом сказал Полукед, — неудобно будет.
— Всё у тебя неудобно, — начал бубнить Слива. — Как там ползти-то? На ощупь?
Полукед ничего не ответил, он просто молча спрыгнул в люк.
Спустившись вниз, мы очутились на небольшой площадке, где с трудом, но помещались впятером. Дальше трубы уходили в небольшое отверстие, и было оно достаточно узким.
— Сколько ползти, дружище? — шёпотом спросил я ещё раз у нашего проводника.
Смотрю, тот задумался.
— Сколько шагов? Хоть примерно, — взмолился Слива, заглядывая в отверстие с трубами.
Полукед стоял и молчал, рассматривая нас. Он явно не понимал, что мы от него хотим узнать.
— А, — махнул я рукой, — полезли уже.
Тот тут же улыбнулся и, быстро нагнувшись, залез в это отверстие. Через небольшое время, его ноги исчезли в дырке.
— Если застрянете, — посмотрел я на ребят, — не вздумайте орать и паниковать. Потом, постараемся вытащить. Ползём молча. Пошли, пацаны.
Глубоко вздохнув, как перед погружением под воду, я взял в левую руку пистолет и полез в эту дырку. Ох, и темно же тут! В нос тут же шибанул запах труб и сварки. Темно, страшно, узко, ни хрена не видно. Но судя по кряхтенью впереди и сзади, мы все ползли. С трудом, но ползли. Полукед был прав: с автоматами и в разгрузке мы бы тут в жизни не пролезли. Несколько раз я цеплялся футболкой и штанами за выступающие трубы. Пару раз слышал, как сзади потихоньку матерился Слива. Насчёт другой обуви этот крендель тоже был прав. В нескольких местах мои кроссовки застревали меж труб, и только благодаря тому, что обувь гибкая, я смог вытащить ступню. В тяжёлых армейских ботинках застрял бы точно. Проползя метров, не знаю сколько, я уже сто раз пожалел, что согласился на эту авантюру. Весь взмок, получил в морду от Полукеда его обувью. Не видно же ничего. В одной руке пистолет, обоймы мешаются в штанах. Да когда же мы доползём-то?
— Тут крысы есть? — внезапно услышал я громкий шёпот Кирпича.
Мы как-то резко остановились. А правда, крысы тут есть? Млять, если она укусит, я за себя не отвечаю. Тут хошь не хошь, орать от испуга начнешь точно.
— Заткнись, Кирпич! — зашипел Слива. — Ещё крыс нам тут не хватало.
Потом мы ползли снова, у меня уже затекать всё начало, и я потихоньку начал уставать.
— Кто пёрнул? — раздался сзади возмущённый голос Кирпича.
— Не я, — тут же ответил я, стараясь не заржать.
— Слива, засранец, это ты набздел.
— Прости, Кирпич, вырвалось, — ответил Слива.
— Господи, Слива, ты чего ел-то? — возмутился последний ползущий Дима. — У меня аж глаза резать начало.
Я просто уткнулся в свою руку и стал давить смех, настолько это всё неожиданно, необычно.
— Тихо! — зашипел ползущий впереди Полукед.
— Заткнитесь на хрен, засранцы, — тут же сказал я громким шёпотом, — кажись, приползли.
Проползя ещё метров, ну, не знаю сколько, я снова упёрся своей башкой в ноги Полукеда. Быстро сдав назад, насколько это было возможно, замер.
— Сюда ползи, — услышал я метрах в трёх впереди себя голос Полукеда.
Извиваясь как уж, я стал ползти дальше.
— Стоп, — снова шёпот Полукеда, — ступенька.
Пощупав перед собой правой рукой, убедился, что передо мной пустота и чуть ниже пол.
— Вылезай и вставай в полный рост, — почти на ухо зашептал мне сластёна. — Тут так же, как там.
Я быстро вылез на площадку, развернулся на ощупь, нащупал туннель и, нагнувшись, сказал то же самое пацанам.
Глава 12
— Где люк? — спросил Слива в полнейшей темноте.
— Над нами, — ответил ему Полукед, — тут лестница ещё. Щас, ждите.
Судя по его звукам, он стал карабкаться наверх, и вскоре мы услышали небольшой удар. Видимо, он добрался до люка. Я очень надеялся, что этот люк сверху ничем тяжёлым не привалили. Обратно я не поползу точно, просто не выдержу ещё одной ходки. Всё тело чесалось и зудело. Весь потный, вонючий. Хотелось снять с себя одежду и залезть под душ. Да и другие, судя по звукам, стояли и чесались.
— Хватит чесаться, — сказал Дима, — ещё хуже будет, терпите.
Наконец, наверху показалась полоска света. Это Полукед потихоньку открыл люк и стал оглядываться вокруг.
— Чисто, — ответил он и, рывком открыв его, быстро выбрался наверх.
Следом уже выбрались мы. Люк осторожно закрыли. Оказались мы в каком-то машинном отделении. Тут было нагромождение труб различных размеров, вентилей, датчиков, стояла пара компрессоров.
— Мля, я рацию потерял, — ощупывая себя, сказал Слива.
— Зато после твоей газовой атаки в туннеле надо карантин устраивать, — подколол его Кирпич.
— Ну-ка тихо, все! — сказал я им. — Туман, приём, — взялся я за рацию.
— На связи.
— Мы доползли. Как там у вас?
— Уф, — выдохнула рация, — молодцы. Тихо тут у нас, ждём вашей команды и прём на машинах. Первым КамАЗ пойдёт.
