Последнее слово она прям с каким-то наслаждением произнесла.
За городом дорога была тоже хорошей, я бы сказал идеальной. Широкое такое шоссе, только привычной размётки нет, и состояла она из укатанной земли. Видимо, сказывалась близкое расположение этого оазиса и то, что туда частенько ездит техника. Спидометр показывал скорость 150, и Мерседес продолжал её уверенно набирать дальше. Жаль, но пришлось скидывать. Доехали до поворота направо.
— Поворачивай, — снова сказала мне моя женщина, — эта дорога как раз в оазис ведёт. Вон камни, смотри, — показала она мне рукой на виднеющуюся кучку камней. Да я, в принципе, уже и сам увидел столбы с проводами, которые были установлены прямо в пустыне. Столбы как раз шли от этой кучи камней, и их ряд шёл в город. Подъехав ближе, я увидел небольшую кучу камней. Выложены они были кругом, высота где-то метр, может чуть больше. Вокруг камней установлен забор из сетки-рабицы.
— Пойдём, посмотрим, — сказала она и вылезла из автомобиля.
Я последовал её примеру, мимоходом кинув взгляд на датчик наружной температуры, который я вывел на экран меню. 36 градусов. Подошёл к подруге, стоящей на обочине. Ух и жарко же! После приятной прохлады климата в машине, снаружи казалась натуральная духовка. Очень жарко.
— Вон, смотри, дорожки из камней, — вытянув руку, показала она мне на камни.
Я увидел, как от этой большой кучи камней идёт несколько дорожек из камней поменьше, каждый из них соприкасался с соседним. Дорожек было две, обе были огорожены таким же забором, и на нём висели таблички "не влезать, убьёт" и череп с костями нарисован. В самом конце дорожки был установлен столб, и от последнего камня на столб шел провод. Вернее, толстый кабель. Он просто соприкасался с крайним камнем, и всё. Как присосан был к нему. Вот тебе и бесплатное электричество. Чудеса прям какие-то.
— Что же это за камни такие?
— Без понятия, — пожала плечами Света. — Камни как камни, зелёные только. Их и раскалывали, и топили, и ток пытались через них пустить — ничего особенного. Электричество передают, только когда они соединяются вместе от кучи вон той, цепочкой.
— А если водой полить? Или дождь пойдёт? Что будет?
— Ничего не будет, — ответила она. — Пробовали, от них даже на земле не фонит или как там правильно. В общем, можно рядом стоять, и тебе ничего не будет, но стоит тебе до камня дотронуться, сразу получишь удар током.
— Как же их тогда выкладывали?
— В резиновых перчатках брали и выкладывали, потом мерили прибором каким-то напряжение, забыла каким.
— Вольтметром, — подсказал я.
— Да, точно! — улыбнулась она. — Вот отсюда и ещё от нескольких таких куч электричество и поступает в город. Что там за кучи и что там за провалы, никто не знает. Психов туда лезть нет. Да и две такие кучи этих самых электрических камней есть в самом городе. Скоро, думаю, стена и до этой кучи дойдёт, город расширяется потихоньку.
— Это понятно… — усмехнулся я. — Там несколько тысяч вольт, наверное, если не больше.
Я невольно представил, сколько добытчиком пришлось возить из облака всякой всячины, проводов, щитков, выключателей и лампочек. Надо нам тоже что-нибудь полезное для города сделать, а то думаем только о своём кармане. Автобус, пожарка и маршрутка — мало. Это вообще ни о чём. Будем думать, значит, что мы ещё сможем привезти полезного. Эх, телефоны бы сделать. Найти бы оборудование для сотовых, цены бы нам не было. Ходим, как дураки, с этими рациями.
— А почему тогда столбы стоят? А не в землю закопают кабели все эти?
— Они и были закопаны, — пояснила Света. — Если стоят столбы, то значит, тут скоро дома и дороги будут. Чтобы не перебить, наверное, кабель, или ещё что.
— Свет, а в других городах тоже такие камни есть?
— Конечно. Оазисы тоже от них питаются, такие кучи много где есть. Вернее, не много, конечно, но они есть.
— Это же сколько проводов надо? Чтобы ими весь город опутать и электричество дать.
— Провода эти уже тут начали выпускать. Не сразу, конечно, помучились там с выпуском, но теперь их много. Ну что, насмотрелся? Поехали купаться, а? — посмотрела она на меня с надеждой.
— Поехали, Светка! — закричал я и, резко схватив её на руки, начал кружить.
— Всё-всё, хватит! — взмолилась она, смеясь. — У меня голова уже закружилась, поставь меня на землю.
— А оазисы тоже охраняют? — спросил я у неё, когда мы уже выезжали на главную дорогу.
— Охрана есть только на производствах, где люди живут. Например, взять мою птицефабрику. Рядом со мной две фермы с коровами, местные, кстати, бурёнки, дальше ферма со свиньями. Наш оазис 2 на 2 километра где-то. Там все и кучкуемся. Большинство из людей, кто на этих фермах работает, там же и живут. Есть трава, небольшой лес, воды много, небольшое озерцо, в нём бурёнки купаться любят. Там же и охрана наша живёт, меняют их только раз в несколько дней. Наверное, чтобы жирком не заплывали от безделья, — она засмеялась, — на парном молочке-то.
— То есть, там температура другая?
