— Вот тут продают всю землю — кивнул на здание головой Степаныч, и оформляют на неё документы. Кстати вопрос к тебе, пока мы туда не зашли. Ты коммуникации то будешь тянуть туда от городских сетей?
Вот же блин, про это я точно не подумал. Водопровод, электричество, канализация, всё надо.
— Точно, это тоже надо, только я не знаю где выходы делать и сколько на это денег надо.
— Денег надо точно много. Но делать надо. Без воды и электричества у тебя просто голое поле будет. Можно узнать, сколько стоит и попросить, чтобы просто провели всё, дальше мы сами разведём всё, куда нам надо.
— Можно и так — согласился я и снова удивился дальновидности Степаныча.
— Ну, тогда пошли разговаривать.
— Добрый день барышни — поздоровался он с двумя сидящими за столами женщинам — можно?
— Добрый день — ответила одна из них, вторая головой просто кивнула, продолжая увлеченно набивать текст на стоящем перед ней ноутбуке.
— Чем могу помочь? — превратившись вся во внимание, спросила у нас эта женщина.
— Землю хотим купить. Вот приехали у вас узнать, сколько она будет стоить.
— Где участок находится? — по деловому спросила она и тут же достав из тумбочки карту городка, расстелила ее на своём столе.
Я посмотрел на карту. На ней был аккуратно нарисован подробнейший план города, со всеми дорогами, зданиями и сооружениями. Каждый прямоугольник или квадрат, обозначающий здание, был под номером. Судя по карте, городок действительно был большим. Я же так ни разу его и не объезжал весь, размеры просто не знаю.
— Где старые склады стояли — склонившись над картой, сказал Степаныч — там ещё два здания есть на территории.
— А, знаю это место — ответила женщина и так же склонилась на карте, там сзади пустырь ещё. Вот тут — ткнула она карандашом в точку на карте.
— Да здесь.
— Весь пустырь и хотим — включился уже я в разговор — сколько он будет стоить?
— Сейчас скажу — она внимательно посмотрела на цифру, под которой был обозначен этот пустырь. Затем достала толстую тетрадку, нашла нужную страницу и стала нам читать — пустырь, с ровной площадкой, без коммуникаций, площадь 12.5 тысяч квадратных метров, либо гектар с небольшим, цена 76 тысяч Линов.
Я аж присвистнул от такой цены.
— Это кто же такие цены устанавливает? — с большим удивлением спросил я.
— Город — спокойно ответила женщина — вернее земельный комитет, который в Мэрии сидит. В принципе это нормальная цена за землю в черте города.
— Что же ее тогда не купил никто до сих пор? — снова спросил я.
— Коммуникации не подведены.
— А сколько ещё коммуникации будут стоить?
— Смотря, какая мощность вам нужна — улыбнувшись, ответила она мне — но если канализацию, водопровод и электричество, то не меньше 25 тысяч Линов точно.
— Охренеть — вырвалось у меня — извините.
— Покупай Саша, заработаем, отдашь, лучше место не найдем все равно, всё под боком будет.
— Да знаю я, что лучше не найдем. Но сто штук, за кусок земли, без всего — я глубоко вздохнул и выдохнул — а в рассрочку можно?
— Можно конечно, под 3 % годовых. Максимально рассрочка возможна на год — тут же ответила она мне. Видимо уже привыкла к подобным вопросам.
— Ты вспомни, как Витя машину им продал — толкнул меня в бок Степаныч, намекая на Пожарку.
— Да уж, продал. Где оформляться? — спросил я у продолжавшей смотреть на нас улыбающийся женщины.
— Парни меня убьют — сказал я, когда мы через час оформили все бумаги и договора и сели в машину.
— Не убьют — успокоил меня Степаныч — земля всегда в цене. Город постоянно расширяется. Не купил бы ты, купил бы, кто ни будь другой и когда у тебя пришло бы время для расширения, ты бы с новым хозяином уже переговоры вёл о продаже. Ты бы на его месте влупил бы цену гораздо дороже, чем тут тебе объявили — кивнул он головой на здание, из которого мы только что вышли.
Всё это я и сам понимал и то, что земля нужна и коммуникации и расширяться нам пришлось бы. Но сто одиннадцать штук, это же просто пипец. Мы договорились, что завтра приезжает бригада и начинает тянуть на это поле все эти коммуникации, чтоб их. Степаныч потом покажет место, где делать выход из земли, дальше сами. Рассрочку я взял максимальную, на год. В общем, расстроился я, но в глубине души понимал, что это всё не зря.
