— Так погодите – встрепенулся он – уж не те ли вы Русские ребята, которые не так давно навели шороху среди немецких войск?
— Слухи ходят? – улыбнулся я.
— Понятно – хмыкнул он – значит вы. Да, есть кое какая информация, особенно о бое в лесу. Говорят, там были какие-то тяжелые шагающие машины, которые втоптали в землю всех тяжёлых и перебили кучу живых солдат.
— Ну слухи любят преувеличивать – парировал я.
Про бой в лесу Грач нам естественно рассказал, как и мы ему про наши приключения.
— Смею предположить, что вы пришли сюда из другого мира. Значит есть такие технологии. Вы с земли? С другой планеты?
Этот разговор меня начал утомлять. Я ему одно, он другое.
— Послушайте уважаемый – начал говорить Туман – мы можем попозже поговорить, кто мы, откуда и так далее. Вас пригласили сюда, чтобы предложить вам работу. Так может и перейдём к делу.
Тон Тумана естественно ему не понравился, он усмехнулся и зыркнул на него.
— И не надо на меня так смотреть – начал заводиться Туман – мы же не задаём вам вопросы не по делу. Хотя лично мне тоже много чего интересно узнать про вас.
— Например? – огрызнулся тот.
— Так стоп – перебил я их, пока мы тут все не переругались — давайте всё-таки перейдём к делу.
— Хорошо – снова зыркнул тот на Тумана – слушаю вас.
— Мы знаем, что у вас есть подводная лодка. И нам нужно, чтобы вы доставили наших диверсантов на остров, где располагается лаборатория по производству ходячих и тяжёлых.
Тот аж замер, затем что-то быстро сказал Гансу, который сидел справа от него и через несколько секунд оба рассмеялись. Туман начал краснеть от злости.
— Что смешного? – спросил я.
— Простите за наш смех – выдвинул он перед собой руки в знак примирения – но это невозможно господа.
— Почему?
— Вокруг этого острова минные поля, железные сети, по берегам доты и секреты. Остров очень хорошо охраняется. Мы не сможем подойти к нему на моей лодке, а даже если и подойдём, то на берегу ваших диверсантов сразу засекут. И тогда на вас навалится весь гарнизон, а на меня все подводные лодки и катера, которые барражируют вокруг острова. Это самоубийство.
— А если мы вам предложим очень хорошие деньги – снова закинул я приманку.
— Мертвецам деньги не нужны – тут же ответил тот и снова что-то сказал своему человеку, тот кивнул, не улыбается уже.
— И всё-таки нам туда нужно – продолжал настаивать я и решил потешить его самолюбие – вас нам рекомендовали как профессионального подводника, контрабандиста, которому всегда сопутствует удача. Повторюсь, мы заплатим вам, заплатим очень хорошо. Подумайте, должен быть способ.
Тот грузанулся, затем снова начал шептаться на немецком с Гансом. Грач вон сидит, уши навострил, он же немецкий у нас знает. Если будут говорить что-то не то, сразу нам скажет. Михаил сказал, что капитан немного говорит по-Русски. Видимо Великая Отечественная всё-таки наложила свой отпечаток на тех, сбежавших фрицев, что аж через столько лет их дети учат наш язык.
— Сколько диверсантов и каков груз? – через пару минут по-деловому спросил он.
— А сколько может взять ваша лодка? Мы не знаем её характеристики.
— 10 человек в полной экипировке и килограмм 300 груза. Лодка не большая. Но таким количеством людей вы не возьмёте лабораторию. Там и гарнизон большой и вооружены они хорошо. Плюс на постах тяжёлые.
— Это наши проблемы – ответил я.
То, что у нас есть другой план как разгромить лабораторию, мы ему естественно говорить не будем. Нам бы лишь бы на берег высадиться.
— Доставить сможете?
Тот вздохнул, перекинулся парой фраз со своим напарником и спросил.
— Сколько вы готовы нам заплатить? Нет не так — он немного подался вперёд, стараясь скрыть охватившее его возбуждение – нас интересуют не деньги, интересует золото, и кое-что ещё.
Вот, пошёл деловой разговор, а то невозможно, самоубийство и так далее. Всё-таки я прав. Он контрабандист и наверняка ни раз ходил по лезвию, а золотишко любят все. И они уже поняли, что с нас можно по-крупному срубить и надолго себя обеспечить. Но что ж, мы к этому готовы. Ведь он не знает про наши миры и сколько у нас различных ценностей и возможностей.
— Золото так золото – пожал я плечами – а кое-что ещё это что?
— Вы, точно из другого мира и у вас наверняка есть то, чего нет у нас. Я имею ввиду различные приборы. Вот, например, такие штуки – он дотронулся рукой до лежащей на столе рации Тумана – это же ведь рация?
— Да.
— Можно?
О как, сразу вежливый такой стал. А он молодец, начинает мне нравится. Думает на перспективу.
— Можно.
Аккуратно взяв рацию, он начал крутить её в руках. По тому, как эти двое рассматривают её со всех сторон сразу стало понятно, что им это интересно. Тут Туман молодец, добавил.
— Радиус действия на открытом пространстве около 10 километров, в условиях леса и гор до пяти. Работает от минус 40 до плюс 50, не боится влаги, пыли, грязи, воды. Диапазон такой, что перехватить разговор тут скорее всего невозможно. Мы конечно точно не знаем возможности немецких раций, но скорее всего нельзя. К ним ещё есть гарнитура.
— Что это?
