Вот в таком виде он мне нравится больше. Серьёзный, грозный командир, приказы которого выполняются мгновенно и беспрекословно. Ну а то, что случилось менее часа назад, ну так никто от этого не застрахован. Я сам еле-еле сдержался, чтобы не пойти, не отобрать плётку у того урода и сначала вмазать ему как следует ей ему по роже, а потом выпустить ему кишки. Так что всё нормально.
— Нам нужна гостиница – громко сказал Туман – или если по-ихнему, постоялый двор.
— Нужен язык? – тут же встрепенулся Котлета.
— У него быстро всё узнаем – поддержал его Одуван – где тут лучшая гостиница.
— С баней – ляпнул Упырь.
— И с пивом – добавил Мамуля.
— Вы же французского не знаете – хихикнул Леший.
— Это он русского – продолжая улыбаться сказал Котлета – мы ему ускоренный курс преподадим.
Все заржали.
— Не нужен нам никакой язык – улыбнулся Туман – у местных узнаем. Двигаемся дальше и смотрите внимательно, чтобы у нас не спёрли ничего. Думаю, тут это на раз два сделать могут.
Погрузились в телеги, парни из каждой доложились, ничего у нас больше не спёрли, вернее не успели. Туман ещё раз строго настрого приказал внимательно смотреть за грузом и друг другом.
Цок, цок, цок. Ну наконец-то. Проехав ещё несколько сотен метров под копытами наших лошадей и колёсами телег наконец-то оказалась брусчатка. Грязи стало в разы меньше, скорость на пару километров тут же увеличилась. Но радовались мы рано.
— Твою мать, да как они тут живут то? – не выдержал Слива натягивая себе на лицо небольшую тряпку.
— Они чё, прям на улице срут? – спросил Хобот.
Не выдержав, я тоже нацепил себе на лицо повязку. Это да, пацаны правы. Мы сейчас ехали по улицам этого городишка и вонь была такая, что аж глаза резало. Мне показалось, что даже лошади и те морщатся от этой вони, по крайней мере фыркать они стали больше. Вон из-под тента первой телеги высунулся Жак и скривился.
Просто пипец, да как они тут живут. Узкие улочки, двухэтажные дома, стоявшие практически вплотную друг другу. В нескольких местах мы еле-еле разъезжались с другими телегами, всадники то ладно, они просто отъезжали в стороны, пешеходам тоже приходилось вжиматься в стены.
Несколько раз мы видели и слышали как-либо Пьер, либо Жак что-то спрашивали то у всадников, то у пешеходов. Хобот нам перевёл, они спрашивали про постоялый двор. Но все встреченные нами люди либо предпочитали отмалчиваться, либо отрицательно махали головами.
Ну и вонь, конский навоз, бегущие по брусчатке нечистоты, несколько раз видели, как из окон домов на улицу выливали различные помои и тот, кто выливал даже не смотрел, есть там кто или нет, попали по тебе, значит не повезло, успел увернуться, значит молодец. А если пройдёт дождь? Станет ещё больше вони. И ведь никто тут не убирается. Причём выливали как с первого, так и со второго этажей.
— Вот вам и просвещённая Европа – хмыкнул я – зато нас уроды жизни всегда учили.
— Они тут хоть моются? – спросил Слива.
— Сильно сомневаюсь.
Поплутав по этим улочкам, я окончательно запутался. Мы просто ехали прямо, куда вела нас дорога я так и не понял, да думаю никто не понимал, мы просто ехали. Наконец выехали на более-менее широкую дорогу, тут народу уже было побольше и сразу увидели телеги и кареты, а в них и на них и арабы какие-то и китайцы или кто они там. Тут прям поток бурлил, походу это одна из дорог которая вела в порт.
Люди несут какие-то корзины, ящики, катят бочки, все кричат, уловил сразу несколько различных языков. По бокам прямо в домах различные лавочки торгашей, к запаху конского навоза и нечистот добавился запах рыбы. Остановились мы около двух рыцарей, вернее к ним сначала подъехал наш дозор, хотя какой тут дозор, тут не так чтобы места то много, но все как-то разъезжались.
И вот как только наш караван остановился, и пацаны начали разговаривать с этими рыцарями, как к нам с двух сторон хлынули эти уличные торгаши. Я аж охренел.
Сначала слышалась только французская речь. Нам чуть ли не силой пихали в руки всякие корзины с фруктами, с рыбой, с курами и утками. Какой-то наглый пузан, растолкав всех пытался всучить нам какие-то ножи, за ним лез мужик с глиняной посудой держа её над головой.
— Ноу, нет, не надо млять – начал матерится Хобот, потом тоже самое начали талдычить и мы со Сливой, пару раз я аж по рукам особо наглым дал, когда они пытались задрать тент и заглянуть что у нас там такого интересного в телегах лежит.
Судя по матам и крикам наших пацанов с других телег там ситуация таже самая.
— Смотрите чтобы не спёрли ничего – взревел над улицей Иван.
