— Берите шлюпку, пока мы не передумали!
По примеру Гарибальди, Эрстед переждал шквал возмущения.
— Проклятие есть, не отрицаю. Но наложили его не мы. Как и вы, мы хотим благополучно добраться до Ниццы. Если «Клоринда» пойдет ко дну — мы погибнем вместе с вами.
— Врешь! Черти не тонут!
— Это ведьмы, дурак, не тонут…
— Le merde![19]
— А теперь слушайте! — полковник возвысил голос. — Я попытаюсь снять проклятие с «Клоринды». Если у меня это получится — вы сами увидите результат.
— Хитер, ловчила! Сам наложил, сам и снимет!
— Что ж ты раньше не снял?
— Раньше я не знал, как это сделать. А теперь знаю.
— Снимай!
— Хуже не будет!
Эрстед демонстративно повернулся к команде спиной.
— Что вы задумали, друг мой? — спросил князь.
— Снимать проклятие. А что, у вас есть лучшая идея?
Подчиняясь Эрстеду, троица «бесов» вернулась в каюту — взять необходимый инструмент. Отпустили их с неохотой. Гарибальди остался на палубе, стараясь на свой лад угомонить команду, гудевшую, как растревоженный улей:
— Idioti! Куда они со шхуны денутся?
— В ад!
— А если и денутся — вы ж радоваться должны! Того и хотели…
Аргументы действовали вяло. Ропот стихал и вновь усиливался, когда какой-нибудь горлопан подливал масла в огонь.
— У нас мало времени. Не стоит долго испытывать их терпение.
Датчанин открыл саквояж и принялся рыться в его недрах. Судя по извлекаемым предметам, саквояж был вместительнее, чем казалось с первого взгляда.
— Вы же не думаете, — спросил Огюст, — что «Клоринда» в самом деле проклята?
— Не думаю. Я в этом глубоко уверен.
— И как мы станем экзорцировать шхуну?
— «Призраки» фон Книгге — это особого рода сгустки. Магнетический флюид, атмосферное электричество, пары воды… Возможно, некая эфирная или животная энергия. Такие образования иногда возникают естественным образом. Их структуру, как правило, нетрудно разрушить — с помощью сильного магнита, поляризованного света, либо электроразряда. Но наш случай — особый. Ага, нашел! Держите.
Он передал Шевалье моток медного провода в изоляции из шелка.
— Боюсь, этого не хватит. Где‑то у меня было еще…
Настала очередь толстенного чемодана, который, разинув пасть, напоминал бегемота. Эрстед бесстрашно сунул голову между челюстями монстра.
— …в нашем случае «призраки» оказались стабильнее обычного. Поляризованный свет на них не действует. Ставить опыты с электричеством и магнитами у нас нет времени. Моя батарея не обладает достаточной мощностью. Да и гоняться за каждым Святым Антонием по всей шхуне с электродами в руках — благодарю покорно! Надо найти и вырвать корень безобразия.
— Надеюсь, корень материален? — поинтересовался князь.
— Вполне. Некий предмет, подброшенный на «Клоринду», который Эминент использует в качестве «маяка». До отплытия здесь явно побывал кто‑то из его подручных. Помешать нам оставить Париж они не смогли, но «гостинец» подбросили. Теперь с его помощью фон Книгге отслеживает шхуну и, используя «маяк», как фокус линзы, собирает в нужной точке свору «призраков».
— Что за предмет?
Мысля практически, князь привык брать быка за рога.
— Не знаю. Могу лишь предположить, что он невелик и отыскать его будет сложно. Для этого нам понадобился биодетектор Гальвани… Ага, вот и второй моток! Должно хватить. Осталось поймать какую-нибудь морскую живность. Лучше всего подойдет кальмар. Вчера мы видели целую стаю.
— Медный провод и кальмар? — изумился Огюст. — Против привидений?!
— Иногда самые простые средства оказываются самыми надежными. Хотя, с другой стороны — что может быть сложнее живого существа? Вперед, друзья!
Команда встретила их угрюмым молчанием. Рябой моряк со значением поигрывал топором. Юнга, встав на колени, молился. В тумане явственно хихикали.
— Нам нужен помощник, — объявил Эрстед.
— Кадило носить? — съязвил рябой.
— Кадило я понесу сам. А вы поймайте мне кальмара.
— На кой вам кальмар?
— Ворожить?
— Сатане в жертву?!
— Вы хотите, чтобы проклятие было снято? — возвысил голос полковник.
— Ладно, поймаем. Чего уж там! Если у вас самих руки…
Вперед вышел жердяй с мятым лицом. Он презрительно харкнул за борт — учитесь, крысы сухопутные! — и отправился за снастью. Это был тот самый матрос, что все время требовал отправить бесов за борт. Вернулся он, неся
— Будет вам кальмар… — жердяй забросил снасть за борт.
Лонтро исчез под водой, едва различимой сквозь муть тумана. Матрос вытравил линь, резко дернул снасть; вновь отпустил, давая погрузиться… Судорожные рывки бляшки, игравшей роль блесны, должны были привлечь кальмара.
