Основой благосостояния Кафы, равно как и всего Крыма, в те времена являлась работорговля. Именно сюда приходили караваны связанных между собой несчастных, угодивших в плен к ногаям, татарам или черкесам. Мужчин обычно гнали пешком, связав между собой в длинные цепочки, чтобы те не могли взбунтоваться или бежать, женщин, особенно молодых и красивых, старались беречь и везли на арбах или сажали на заводных коней, а дети бежали следом за матерями.
Не всем суждено было достичь рынка рабов, но тех, кого не отбили казаки или отряды русского царя, доставляли сюда и продавали местным торговцам, одним из которых и был Ахмет. Множество людей прошло через его руки, прежде чем навсегда сгинуть на галерах или в гаремах знатных турок. Но если мужчин до продажи содержали в городской тюрьме, то для являвшихся куда более ценным товаром девиц были устроены специальные помещения прямо у него дома.
Там имелась баня, где девушки могли отмыться и привести себя в порядок, необходимый для придания товарного вида. Несколько больших комнат с лежанками, на которых им приходилось спать, и, конечно же, зиндан – каменный мешок с решеткой наверху. В нем на хлебе и воде содержали тех, кому не хватало ума сразу же проявить покорность.
Увы, нападение русских иблисов во главе с их пришедшим из самого ада царем Иваном едва не уничтожило все, что с таким трудом создавали предки Ахмета. Пленников и пленниц пришлось отпустить, оружие, имевшееся в опустевшем доме, выдать, а тут еще ходили слухи, что их победитель, чтоб ему вернуться в пекло, требует от всех мусульман Кафы неслыханный выкуп.
Но, с другой стороны, самого Ахмета, хвала Аллаху, до сих пор не убили, а значит, есть надежда пережить все эти неурядицы. А потом великий падишах всех правоверных пришлет войско, которое прогонит неверных, и все вернется на круги своя. Ведь иначе и быть не может в этом хорошо устроенном мире!
Храбрые татарские воины снова приведут рабов, которых вместе с другими торговцами будет скупать Ахмет. И в его сундуки снова рекой потечет золото и серебро. И все утраченное вернется сторицей.
Стук в калитку заставил турка поморщиться. Все рабы от него ушли, даже этот, ни к чему не годный старик-привратник. Ну, вот куда, скажите на милость, он подался? Кто его ждет дома? Ведь там все забыли, что он когда-либо жил на белом свете. Будет теперь побираться на своей никчемной родине, а тут хотя бы верный кусок хлеба…
Надсмотрщики тоже сбежали. А может, их убили бывшие рабы или казаки, кто знает? Они ведь сущие звери, эти русские! Так что придется идти открывать самому. И сделать вид, что никого не осталось дома, тоже нельзя. Тогда ратники царя Ивана выбьют ворота и все равно зайдут, и все в доме станет их добычей. А так он находится под охраной, и грабить его нельзя. Он сам слышал указ, прочитанный на площади.
– Иду-иду, – отозвался он, слыша, как нетерпеливо тарабанят в дверь.
– Резче![22] – донесся снаружи возглас с непонятным акцентом.
– Что вам нужно от бедного старика? – спросил Ахмет, немножко приоткрыв дверь и с удивлением увидев, что пришел какой-то франк[23].
– Позвольте войти, почтенный господин, – на довольно сносном русском спросил иностранец. – Мне надобно потолковать с вами об одном очень важном деле.
– О чем вы говорите, эфенди? – удивился торговец, в силу профессии знавший множество языков. – Я совсем разорен и не веду никаких дел.
– Вы хотите обсуждать их на глазах у всей улицы?
– Заходите, – пожал плечами старик. – Прошу меня простить, но из-за неурядиц последних дней я совсем забыл о гостеприимстве.
Как оказалось, одетый по-европейски офицер пришел не один, а вместе с черкешенкой в дорогом наряде. Но ни слуг, ни воинов в провожатых с ними не было. Работорговец привычно скользнул по девушке оценивающим взглядом, но так и не пришел к выводу, потратил бы он на нее деньги. Уж слишком независимый взгляд был у спутницы франка, от таких обычно одни неприятности! К тому же она очень худа, а руки, как бы она не прятала их, хорошо знакомы с тяжелой работой.
Восточные мужчины любят пышных женщин с крепкими бедрами и высокой грудью. Чтобы те танцевали и пели, услаждая зрение и слух своего повелителя, а если шли, то походкой раненой верблюдицы, от которой в чреслах разгорается любовный жар. Те же, кому по душе худенькие, предпочитают девочек помладше или даже мальчиков с наивными и доверчивыми глазами.
– В прежние времена я предложил бы таким уважаемым гостям щербет и пахлаву, но война совсем разорила бедного Ахмета, так что давайте сразу перейдем к делу. Что привело вас в мой дом?
– Меня зовут Вацлав Попел, я служу его величеству. И теперь нахожусь здесь, выполняя повеление русского царя.
– Для меня большая честь принимать такого почтенного гостя. Но я не понимаю, чем могу помочь столь важным людям?
– Вы ведь занимались работорговлей, не так ли?
– Я прожил долгую жизнь и торговал многими товарами. Да, среди них были и рабы. Законы моей страны это не запрещают.
– О, я совершенно не собираюсь осуждать вас. Но мне нужно найти одного человека, и я надеюсь на вашу помощь.
