Закончив осмотр объектов в главном корпусе, мы отправились гулять по территории Академии. Она поистине была огромной. Красивый парк перед главным зданием переходил в ухоженную территорию вокруг других корпусов и хозяйственных построек. Многочисленные тренировочные полигоны так же занимали значительную площадь. Все время нашей прогулки я безуспешно пыталась преодолеть защитный щит ректора, да еще и так, чтобы он ничего не заподозрил. Приходилось все время переходить с обычного зрения на магическое и обратно. Меня уже слегка подташнивало от перенапряжения и рябило в глазах.
- Почему самка гары в таком бедственном состоянии? – резко спросила, с трудом сдерживаясь, чтобы не придушить ректора голыми руками, не взирая ни на какие защитные щиты.
- А вы об этой? – рассеянно спросил он, явно не ощущая, в какой опасности он сейчас оказался. Не сдержись я в первое мгновение, магистру пришлось бы туго. – Ее подарил нашей Академии герцог Ловантийский примерно месяц назад в благодарность за успешное окончание Академии его сыном. Герцог питает просто всепоглощающую страсть к охоте. Самка уже была изрядно потрепана, когда ее доставили к нам. Но здесь она отказывается от еды и никого к себе не подпускает. Поэтому помочь ей нет никакой возможности. Хоть и жалко терять такую редкость, но видимо, придется скоро от нее избавиться.
- Я забираю ее с собой, - заявила безапелляционно. – Охота на гар под строжайшим запретом. Герцог понесет наказание за подобную выходку. Вы, как глава ковена, не имели права принимать такие подарки и уж тем более доводить животное до такого состояния.
Все внутри меня протестовало против такого отношения к созданиям живой природы. Герцог Ловантийский мне еще ответит за свою страсть к охоте. Советнику по торговле явно пора освободить свое кресло для более достойного преемника. Лучше бы к своей жене страсть питал, может, тогда бы ей не пришлось заводить любовника и принуждать мою горничную к групповым сексуальным извращениям.
- При всем уважении, - тягуче начал ректор, явно получая удовольствие от каждого своего слова, - вы не имеете права распоряжаться на территории этой Академии. Она является оплотом ковена магов, к которому правящая династия не имеет никакого отношения. Но я не против того, чтобы вы ее забрали. Вы однозначно облегчите мне этим поступком жизнь. Не люблю марать руки грязной и унизительной работой.
Все, Мариар Ралийский подписал себе приговор. Костьми лягу, но главой ковена магов и ректором единственной столичной Академии ему больше не быть.
- Считайте ее вашим подарком мне ко дню рождения, - холодно отозвалась я. – Официально приглашаю вас на торжество. Так что, сделаем вид, что вы меня поздравили заранее.
- Как вам будет угодно, - отстраненно отозвался он. – Я все равно не имею ни малейшего понятия, что дарят юным девицам на день рождения.
- Вот видите, - предвкушаюше улыбнулась я, усиливая напор на его щит, - мы пришли к прекрасному соглашению.
- Безусловно, - улыбнулся он в ответ, тоже явно что-то замышляя. – Не хотите отправиться в мой кабинет, и там обсудить некоторые вопросы?
- С радостью! – воскликнула я, продираясь сквозь сплетение силовых нитей защитного щита с первозданным рвением.
Оказывается, стоило только, как следует разозлиться, и структура плетения поддалась моему напору легко, как по волшебству. Вот что значит правильный настрой! А теперь посмотрим, о чем вы думаете с такой лукаво-презрительной усмешкой, магистр. Открытым сознанием начала улавливать исходящие волны презрения, раздражения, уверенности в своем превосходстве и, как ни странно, сексуального желания. Да уж, коктейль впечатляющий. Ралийский явно относился к тем самым представителям мужской братии страны, которые искренне верили, что женщины нужны в этом мире исключительно с одной целью. И это точно не освоение дара и его применение. Тем хуже для вас, магистр, тем хуже для вас.
Войдя в просторный кабинет, ректор галантно усадил меня в кресло для посетителей, а сам сел за письменный стол.
- Как вам понравилось у нас в Академии? – вежливо поинтересовался он, испытывая предвкушение и нетерпение.
- Я впечатлена проделанной вами работой, магистр, - легко ответила, сосредоточив все свое внимание на жизнедеятельности организма мужчины, и стараясь, чтобы он не заметил сделанную мной микроскопическую лазейку в его защите.
- Вы мне льстите! – широко улыбнулся он, испытывая истинное наслаждение от совершенно не заслуженной похвалы. Оказывается, магистр был еще и тщеславным.
