Норманн улыбается. Адри сидит в коридоре, грубо говоря, на ресепшене: принимает и отправляет почту, встречает и провожает гостей, снабжает редакцию всем необходимым. Ей, как и Мелиссе, двадцать два года. Девушка достаточно упитанная, с пышной темно-русой шевелюрой на голове и огромными карими глазами. Она была из разряда тех женщин, что всегда нравятся парням, так как «есть, за что подержаться». Адриана была хохотушкой: смех настолько заразителен, что даже самый ярый скептик способен выдавить из себя подобие улыбки, слыша ее «гоготанье».
— Стараюсь, милая. Кофе? Капучино и два сахара?
— Да, если нетрудно. Он у себя?
— Угу, и не один, поторопись, я подойду позже.
Коротко кивнув, Мелисса идет прямо по коридору, а затем сворачивает направо, упираясь в темную массивную дверь, которая ну никак не вяжется с общим интерьером их офиса. Сжав пальцы в кулак, Норманн легонько стучится, заходит в кабинет Алесса и буквально застывает на пороге.
Моретти в кабинете действительно не один. На софе, немного поодаль от босса, расположился мужчина. Первое, что бросилось в глаза — это его мертвенно бледная кожа. Девушка и сама была не из тех людей, кто любит загар, и дорожила своей «аристократичной бледностью», но этот парень обскакал ее на десять позиций в рейтинге “Самые бледные люди Флоренции” точно. Черные волосы были убраны в хвост, серые глаза буквально впились в Мелиссу, разглядывая каждую черточку на ее лице. Гладко выбритый, с точеным носом и четко выраженными скулами — он был похож на статую. Одет в черное, и все это кричит о каком-то сверхъестественном лоске. Взгляды Мел и незнакомца пересекаются, девушка морщится, словно что-то пытаясь вспомнить: может, она видела его раньше? Но где? Нет, бред. Такие не забываются.
— Мелисса, проходи, что же ты стоишь.
Голос Алессандро возвращает её к реальности. На ватных ногах девушка подходит к столу и садится на свободный стул.
— Вы хотели меня видеть?
— Да, у меня для тебя чудесная новость!
Всем нутром Норманн мгновенно чувствует опасность. Вязкое ощущение страха заползает внутрь и никак не хочет уходить. Словно она попала в паутину: прозрачную, липкую, противную, не дающую освободиться и продолжить свой путь дальше. Но почему невинные слова вызывают такую реакцию? Почему? Мел и сама не в состоянии это объяснить, шестое чувство просто усиленно сигнализирует, нет, кричит о том, что где-то есть подвох.
— Для начала позволь тебе представить моего друга и коллегу — Дарио Вольтури, — улыбаясь во все тридцать два зуба, говорит Моретти.
Молчавший до этого момента Дарио, приподнимается с дивана и приближается к Мелиссе.
— Рад знакомству, Мелисса.
Голос бархатный, ласкающий слух. Он словно заманивает, затягивает в омут. Проговорив дежурную фразу, мужчина еле касается своими губами запястья девушки. Да, он поцеловал не тыльную часть ладони, а именно запястье. Кожу обжигает ледяное дыхание, от этого сразу же табуном бегут мурашки. Сердце ускоряет ритм и пускается в пляс. Да что такое происходит?
— Взаимно, — короткий ответ, и кивок головы.
Девушка поспешно отдергивает руку и потирает место поцелуя, словно пытаясь избавиться от тех ощущений, что он вызвал.
— Семья Дарио владеет не только крупным издательством, но и роскошным старинным особняком в Вольтерре, рядом с ним находится замок, который очень популярен среди туристов. Посовещавшись, мы решили, что было бы неплохо написать статью, дабы увеличить поток людей. Эдакий очерк, но очень подробный и с множеством фотографий.
— Но… У нас же есть Лука! Он любит поездки и новые места. Почему я, Алессандро?
Босс только приоткрыл рот, чтобы ответить, однако Вольтури его опережает.
— Я читал Ваши статьи, и они пришлись мне по душе, поэтому приглашаю именно Вас погостить у нас, совместив приятное с полезным.
— Именно. Мелисса, разве ты не рада? Это чудесная возможность развеяться, да и тебе пора быть перестать тенью своих коллег, редактируя их «шедевры».
Девушка выдавливает из себя подобие улыбки. Не говорить же Алессу, что мозг включил режим параноика и чувствует опасность, исходящую от мужчины, сидящего на софе.
— И… Когда мы отправляемся?
— Прямо сейчас. Час в пути, и мы на месте. Зачем тянуть?
После этих слов губы Дарио растягиваются в ухмылке. Он выглядит довольным, как кот, объевшийся сметаной.
— А вещи? Чтобы описать достопримечательности понадобится как минимум дня три.
— Оу. Вещи — это совсем пустяк, это не то, о чем Вам следует беспокоиться. Мы обеспечим Вас самым необходимым.
— Мы?
— Я и моя семья.
Моретти же теперь молча наблюдает, не встревая в диалог. Создается такое ощущение, что его словно загипнотизировали, заставив сказать то, что необходимо. Он напоминал марионетку, что вообще не было ему свойственно. Нет, что-то тут нечисто. Босс никогда по доброй воле не отправил бы в поездку якобы с другом, о котором ранее не слышал никто из офиса.
— Спасибо за приглашение, Дарио, но я вынуждена отказаться.
