Гримасничает, хохочет, с диким визгом пляшет над обломками веера. Передонов смотрит на него с ужасом.
Передонов
Вершина. Рано еще вам о могиле думать.
Саша вырывается из толпы. Бежит к дверям. Гудаевская схватывает его за платье. Сашу опять окружают.
Гость. За уши, за уши дерут.
Слышен Сашин визг. Бенгальский, уже переодевшийся в сюртук, пробирается к Саше. Берет его на руки. Несет через гостиную в столовую.
Гости:
— Негодяй… Подлец… Держите его…
— Понес свою сообщницу…
— Все это — одна шайка.
Бенгальский. Я не позволю с женщины сорвать маску. Что хотите делайте — не позволю.
Вбегает в столовую. Верига становится перед дверью в столовую. Задерживает толпу, меж тем как Бенгальский поспешно проносит Сашу через столовую.
Бенгальский
Два официанта бегут за ним.
Верига. Господа, вы не пойдете дальше.
Гудаевская. Отойдите, пропустите…
Гудаевский. Неудобно было зайти — Павлушка под локтем вертелся. Гудаевская. Павлушке бы в зубы, ей в ухо, чего церемонился?
Толпа напирает на Веригу, который стоит молча, с решительным видом.
На площадке лестницы показывается Бенгальский и Саша.
Бенгальский. Снимите маску. В маске хуже узнают. Теперь на улице все равно темно.
Саша
Бенгальский. А вы молодец, барыня. Что же я вас не знаю? Вы приезжая? Здешних-то я всех знаю… Надо вас поскорее домой доставить. Скажите мне ваш адрес, я возьму извозчика.
Саша. Никак нельзя. Никак нельзя. Я один… я одна дойду, вы меня оставьте.
Бенгальский. Ну как вы там дойдете по такой слякоти на ваших деревяшках? Надо извозчика.
Саша. Нет, я добегу, ради Бога отпустите.
Бенгальский. Клянусь честью, никому не скажу. Я не могу вас отпустить — вы простудитесь. Я взял вас на свою ответственность и не могу. И скорее скажите — они могут вас и здесь вздуть. Ведь вы же видели — это совсем дикие люди… Они на все способны…
Саша
Бенгальский. Хорошо. Эге, да ты мальчишка…
Саша. Ради Бога…
Бенгальский. Да уж не скажу никому, не бойся. Мое дело тебя доставить на место, а больше я ничего не знаю. Однако, ты отчаянный. А дома не узнают?
Саша. Если вы не проболтаетесь, никто не узнает.
Бенгальский. На меня положись. Во мне, как в могиле. Сам был мальчишкой, штуки выкидывал.
Спускаются по лестнице. В гостиной Вершина подходит к Передонову.
Вершина. Я хочу открыть вам правду.
Передонов. Наплевать мне на вашу правду.
Вершина. Не скажите… Мне вас ужасно жалко — вас обманули.
Офицер
Верига. Ну-с, господа, теперь я не препятствую.
Толпа шумно врывается в столовую. Слышны крики. Потом гости показываются и на площадке лестницы.
Вершина. Вы понадеялись на протекцию, но только вы слишком доверчиво поступили. Вас обманули, а вы так легко поверили. Письмо-то написать всякому легко. Вы должны были знать, с кем имеете дело. Ваша супруга — особа неразборчивая.
Передонов. Княгиня меня за нос водит. Ей на меня Володин наговаривает. Я вот и нож на него припас — будет он меня знать.
Вершина. Письма-то, вы думаете, княгиня писала. Да теперь уж весь город знает, что их Грушина сфабриковала по заказу вашей супруги. А княгиня и не знает ничего. Спросите, все знают — они сами проболтались. А потом Варвара Дмитриевна и письмо у вас утащила и сожгла, чтобы улики не было.
Передонов. Обманули, да нет, княгиня знает. Вы врете про княгиню. Она знает. Она за мною все подсматривает. В колоду карт влезла, пиковой дамой обернулась. Я ее в печку бросил. Жег, да не дожег — отплевалась.
Вершина. Видите, как это вас расстроило. Да и до кого ни коснись, всякий бы расстроился. Такого благородного молодого человека, как вы, обманули такие низкие люди, пользуясь вашей доверчивостью. Но вы не огорчайтесь. Вы можете дело поднять и их в тюрьму посадить.
Передонов. Обманули…
Быстро отходит от Вершиной. Ему навстречу идет курносая баба, с темными щеками и блестящими зубами.
Курносая. Квасок затереть, пироги свалять, жареное зажарить.
Передонов. Пошла к чёрту…
Курносая скрывается.
Передонов
Володин. Бабы по улице изволят ходить, а к вам они никакого касательства не имеют, и мы их к себе за стол не пустим.
Передонов. Друг ты мне или враг?