— Ну вот и отлично! Эрильда, я бы хотела тебя о кое-чем попросить… ты, наверное, никогда не была в других комнатах. Мне разрешил лорд Аргест все переделать, но об этом никто не должен знать… у нас, по сути, не должно быть кухни, да и вообще, наши комнату другими должны быть. Одна большая спальня с двумя кроватями и большим шкафом, письменный стол, три стула, ванная комната и мега-узкий коридор. Но за свои заслуги, точнее, за помощь директору Аресту, я уговорила дать мне еще одну комнатку… поэтому соседняя пустует, а дверь никто не сможет открыть. Поэтому у нас есть кухня, есть небольшая гостиная, две спальни, пусть и не такие большие, и небольшая комната, где можно делать домашнее задание или просто побыть в тишине. Столько я угробила времени на звукоизоляцию! В общем, никто не должен этого видеть, — серьезно глядя на меня, объяснила все соседка.
— Хорошо, никто об этом не узнает. А… если не секрет, как ты помогла лорду Аргесту? — полюбопытствовала я.
— Не хочу, чтобы это казалось, как хвастовство, но мой дед был великим алхимиком… и я знаю его секреты, знаю те рецепты зелий, которые не знает никто, кроме нашей семьи. Точнее, кроме меня. Только меня он посвятил в эту тайну. И кое-что очень понадобилось нашему директору… а я помогла, сделав ему это зелье, — ответила мне Нэлли, пожав плечами. — Ты не голодна? Я просто проголодалась.
— Если честно, то да, — ответила я.
И теперь мне нравится моя соседка. Прямая, веселая, умная и мега-странная, но завораживающая.
— Не хочешь спуститься вниз? Сейчас ужин будет, — спросила она.
И странное чувство меня посетило. Было интересно, очень интересно, как они едят, да и вообще, все интересно было! Но я не хочу никуда идти. Вот остаться тут, спокойно поужинать и расспросить обо всем Нэлли.
— А можно тут поужинать? — спросила тихо я.
— Конечно! Я сама терпеть не могу ужинать в общем зале. Но… пошли! Я сейчас оденусь и пойдем. Надо же тебе все показать. Я быстро! — протараторила она, быстро уходя из кухни.
Быстро, действительно быстро переодевшись, передо мной появилась другая девушка. Она распустила свои волосы, которые волной плыли по ее спине и плечам, переливаясь даже как-то неестественно, но красиво. Бесформенная одежда сменилась облегающей формой академии. Очень красивая… похоже, как все тут.
— Все, пошли, — выдала она, взяла меня за руку и повела к выходу. — Перед тем, как уходишь из комнаты — говори у двери «Лимонная долька и корица». Это своего рода пароль, хотя, по сути, и не нужен. Никто и так не зайдет, но меры предосторожности не помешают точно, — объяснила она и дальше повела меня.
Мы прошли вниз, вышли из башни (их тут было пять и наша была самой низкой). Башни соединяли между собой здания, образовывающие плотные стены. Но мы прошли сквозь арку из растений, вошли во внутренний двор и из него было видно, что дальше есть еще и другие строения. Пройдя поперек двора, мы зашли в ту часть соединяющего здания, что соединяло первые башни.
Столовая была просто огромная! И вся она изумрудная… по мне так красивая очень. И на нас пялились все… Нэлли шла спокойно и, кажется, смиряла всех взглядом презрительным. А мне очень неловко было.
Мы подошли к подносам и меню на ужин.
— Запеченная рыба, стручковая фасоль, пять помидоров, два куска пирога и сок, — проговорила светловолосая и на ее подносе появилось все, что она сказала.
— Сок, запеченная рыба и рис, — неуверенно проговорила я.
Все это появилось тотчас на подносе и это удивляло!
— В первый раз такое видишь? — спросила Нэлли, беря в руки поднос.
— Да… — тихо ответила я.
Было очень неприятно от пристального взгляда со всех уголков столовой. Взгляд у них такой… прям бесит меня это!
Когда мы сели за свободный столик за колонной, которая отрезала нас от доброй части столовой, но эти взгляды раздражали… но не раздражали они Нэлли, она связала сзади волосы в хвост, взяла столовые приборы в руки и начала поглощать пишу.
А мне и кусок в горло не лез. Ну как можно есть, когда на тебя все ТАК пялятся?! Причем в открытую, даже не пытаясь этого скрыть, будто так и нужно!
Ситуация изменилась, когда к нашему столику подошел уже знакомый мне молодой человек-Эд. Он как и я, лаафи. Многие отвернулись, еще некоторые так прямо не смотрели, да и разговоры послышались, прерывая эту мертвую тишину.
— Решила нас порадовать своим присутствием? — спросил он у Нэлли.
— Ага, спустилась на землю, — ухмыльнулась она, по-доброму так, не так, как Каллет.
— Я к вам присоединюсь? — спросил Эд, глядя на меня и, собственно, спрашивая у меня.
— Да, конечно, — ответила я.
Светловолосая улыбнулась, приветствуя мои действия. И я заметила у нее то, чего не замечала ранее. У нее также была рассечена бровь, но уже почти заросла. И у Эда тоже. В его черных густых бровях прослеживалась тоненькая полосочка, которая также зарастала.
— У нас не было возможности познакомиться. Я Эд, Эд Клинфон, — с улыбкой представился брюнет, протянув мне дружески руку.
— А я Эрильда Раддос, — ответила я и пожала его руку.
А он смотрел… смотрел… смотрел… и я уже убрала руку, а он продолжал на меня пялится.
