Сборник второй "О любви", содержащий продолжение стихов о хрупкой душе маленькой девочки. Премьера моей короткометражки закончилась началом третьего круга ада. Предполагаю, ехать на Каннский фестиваль нет смысла. Люди гнили под солнцем. Дождь покрывал их тела пеленой. Потерянные души разбивались о скалы преисподней. Я в то время пила ароматный кофе на своём белоснежном балконе. Нужно же было как-то начинать утро. Руины Рима догорали. Содержит нецензурную брань.
– Ванну цветов и клубничный бальзам для волос, спасибо.
Моё смиренное успокоение, лишь в том, что Аллах посылает снег по размеру горы.
Масштаб инсталляционных картин – Миллион.
Этот серый слон!
Почему не везёт?
Да и в твоей душе зной,
Но шумит старый хвой,
Что же хочешь ты,
Мой дорогой,
Слышу, точный звон.
Ветер северный, не вой,
В моей душе покой.
Когда же обретёшь
И ты свой?
15 июля
Писать стихи?
В надежде, что полюбят?
Идти на встречу смерти,
И вечных мук, вот друг,
Смотри, чего же стоит,
Держась о скалы воедино,
И что за звук -
Мотив печали и тоски?
– Моей, томящейся
Внутри души,
Разрыв между грусти.
Какой
исход
у солнечных
дней?
Порой открытый, тёплый,
Поистине искренний и добрый.
Но всё ли так,
Как кажется во тьме?
Какая честь – любить и быть любимой!
Небесное вознаграждение!
С тобой делить и день, и ночь,
И пасмурное утро, и яркий вечер от зари.
С тобой, мой дорогой,
Не спать ночами, над фильмом спорить,
Иль говорить часами о еде,
Одежду выбирать: «Ой, эта кофта не та..»,
Тебя по новой узнавать,
Как будто в первый раз.
Твои черты, любовь моя,
Люблю невероятно сильно,
Твои глаза! Мои родные!
Мои же, без тебя, пусты,
Лишь отражение холодное,
Я замерзаю без тебя,
И не спеша, мой мир пустеет,
Я так скучаю, невыносимо.
Для любимого дедушки.
Каждый раз на кладбище,
Я мысленно кричу,
28-го будет год.
Тебе услышать не дано,
Я – здесь, ты – там.
Но в сердце выковано имя твоё,
И спрятано под тысячью замками,
Чтоб никому не сорвать эти цепи,
Которыми мы объединены давно.
24 июля
2
Я пред тобой сложила меч,
Откинув щит в сторонку,
Поверила в добро!
Оно ведь началось с тебя,
Любовь моя, ты помнишь?
Единственным был человеком,
Почти. (прости, мой дедушка),
противостоять кому не стала.
Хоть и иголки выставлять любила,
Такой характер. Венок сплела,
На голове розоволосой
Проходил ни год, ни два,
Сложила полномочия,
Венок сняла свой,
Он будто нимб,
На грунт тихонько положила.
Я уезжаю из родного края,
Не серчай.
Был спокоен дедушка,
Не помню, чтоб хоть однажды,
Гневался и чертыхался со мной,
Не позволял себе истерик, злости.
Лишь говорил: «Ты успокойся, приезжай»
Он обнимал, поглаживая по спине,
Укалываясь, об мои иголки.
Но главное – знал, как успокоить,
Что сказать, как посмотреть,
Как злость умерить.
Он кучей знаний обладал,
Вдоль и поперёк меня,
Ему смогла довериться,
Ведь не бросался взглядом броским,
Пытался любовь дарить,
Не объясняя, учил добру,
Причём в своём лице.
Не говорил изящно,
Порой частное спотыкаясь,
Изрядно выпивши,
Любил повспоминать бывалые деньки,
О, бог мой, посмотри,
Какая милая улыбка!
Он не кидал претензий на меня,
Не заявлял: «Пусть будет так!».
Всегда лишь спрашивая:
«А ты? Как думаешь?»
Он уважал меня,
Мои упреки, нравы, учил не зря…
В конце концов,
Мы были,
Как воздух и вода.
Творчество – лекарство от депрессии!
Твори, цветочек мой.
Кафель отдаёт свой холод,
Новый, красивый в ванной,
Я провожаю закат.
Разливаю вино на двоих,
Для меня и себя.
Стихов и винограда?
Вносить?
– Да-да.
Стоит изба, которую
Дано увидеть издалека.
Стовёрстные мешки,
Стоят вдали от той избы.
А в холщовых – тёмные аллеи,
Чернь подсолнухов, мольба.
– Небеса, прошу,
Хоть их сберегите.
Лишь бы эти люди
Жили изо дня в день.
В тернии к астрам,
Жёлтым, приятным,
Подаренным им.
Вновь ругани, кругов 5,
Сколько их будет?
Ещё пятьдесят?
Мириться и ссориться,
Потом вновь ругаться,
И расходиться.
В какой-то момент
Надо бы остепениться,
Однажды сойтись,
И больше не баламутить
Всякую, мутную водицу.
Всем нужно творчество
И весёлые стихи,
Никто не любит грусть,
Которая исходит меж строк.
Да, был бы здесь пророк,
Промолвил отрадно:
«Где творчество – великие труды,
Стихи и прозы – чьи-то тяжелые муки».
А вам бы лишь почитать
Их от нелепой скуки..
Таблетки, кругом алко,
И мешки под глазами.
Эти лица смешные,
Они меня не знают,
Но все уверено твердят:
«Да, я наизусть выучил
Мотив твоих рук,
И движение губ,
Когда ругаешься».
Это так мило, польщена.
Ты ошибаешься, мой друг.
Ведь ты всего лишь
Случайно подобранный,
Для долгожданных мук.
Таксист с окраины города,
Просто мужчина,
Не любящий лук.
Люблю тот труд,
что обществу полезен,
Сближает двух людей,
– Любовь?
Нет, это доверие.
Моё почтение, совет хотите?
Учтите, это важно.
Итак, начните рисовать
Картину на двоих:
Там, где есть и ты, и он.
Тогда вы всё поймёте.
Спасибо за обращение.
– Увы.
Психолог Вам не нужен,
Проблемы в голове.
О хорошем и
Довольно таки, важном?
– Это есть доброта.
Лишь бы она была,
В сердцах людей,
Тогда и на улицах
Становится свежее.
У добра хорошие намерения,
Все они, без сомнения,
Настрого под опекой светлых.
Поступки добрые остаются навечно,
Крутятся в колесе Сансары,
На случай внезапной фортуны,
Дабы воссоздать по заслугам,
И радость, вот она, лови.
Я очень сильно соскучилась, хочу видеть твои глаза цвета горького шоколада. Трогать щечки твои, которые мои!
Таки рада, что расстояние нам нипочём.
Я удостоверилась, что никого не любила так, как тебя – сильно и надёжно. Не переживаю за будущее и трудности, ибо знаю, что мы совсем справимся.
Поистине, моя любовь
