Джоуэл не шутил. За время работы над оперой Дейзи убедилась, что Джоуэл никогда не шутил. Если его не удовлетворит ее игра, им придется отрабатывать сцену до тех пор, пока они оба не будут валиться с ног от изнеможения.
Кевин погладил ее плечо, успокаивая.
— В следующий раз у тебя получится.
Дейзи вымученно улыбнулась.
— Ты говоришь это каждый раз, когда я пою из рук вон плохо. Должно быть, у тебя ангельское терпение.
— Стоит проявить немного терпения, когда знаешь, что создаешь что-то особенное, — сказал Кевин с серьезным видом. — Музыка… ты и я… Неужели ты не чувствуешь?
Конечно, она не могла не чувствовать. Поэтому и переносила придирки, крики Джоуэла и бешеный темп работы. «Ночная песня», несомненно, станет оперным хитом и многие годы не сойдет со сцены. Но для Дейзи важнее было то, что опера давала ей возможность жить созиданием этого незабываемого образа и петь прекрасную музыку.
— Да, чувствую. Опера и в самом деле потрясающая, — она улыбнулась. — Ты прав, она стоит того, чтобы смириться с бесконечными нападками Джоуэла.
Кевин кивнул в знак согласия.
— Как ты смотришь на то, чтобы пойти перекусить, когда мы выберемся отсюда? Я знаю одно уютное местечко, где отлично кормят. Хорошая еда всегда помогает мне расслабиться.
— Конечно, пойдем, — она сморщила нос, — если выберемся когда-нибудь отсюда.
— Повторим еще раз, — сказал Джоуэл. — С самого начала.
Дейзи допила последний глоток горячего чая, который просила принести, чтобы смочить горло, и отдала чашку рабочему сцены. От усталости ее тело было как ватное, но об отдыхе не приходилось и мечтать.
— Не могли бы вы отпустить домой остальных участников сцены? Уже почти полночь, и они…
— Как я могу отпустить их? — раздраженно ответил Джоуэл. — Без их помощи вы явно не справитесь.
— Все в порядке, — шепнул ей Кевин. — Я не возражаю. На этот раз у тебя все получится.
Дейзи выдавила из себя улыбку.
— Я чувствую себя как Элиза Дулиттл из «Моей прекрасной леди».
— А мне всегда хотелось сыграть Генри Хиггинса. — Жест рукой, гримаса на лице — и вот уже Кевин преобразился в профессора-лингвиста. — «Ей-богу, у нее это получилось!» — Его улыбка погасла при виде ее белого как мел лица. — И у тебя получится.
Она заставила себя улыбнуться.
— Отелло у тебя выходит лучше, чем Генри Хиггинс.
Пианист начал играть «Последнюю любовь».
«Бедняга, — подумала Дейзи, — он устал не меньше, чем мы». Едва держась на ногах, она подошла к кровати с балдахином, стоявшей в центре пустой сцены. Забравшись на нее, она встала на колени, прислушиваясь к вступительным аккордам арии.
— Подождите!
Дейзи замерла, впившись взглядом в пуговицу на рубашке Кевина. О, нет, только не это! Кевин обвел взглядом полутемный партер.
— Кто это, черт возьми?
— Джейсон, — Дейзи сама не понимала, почему говорила шепотом. — Это Джейсон.
— Хейз? — спросил Кевин с интересом и прищурил глаза, пытаясь разглядеть темную фигуру, двигавшуюся по проходу между рядами. — Никогда не встречался с ним. Говорят, он затворник…
— Да.
Дейзи облизнула неожиданно пересохшие губы. Мысленно готовясь к переезду в Нью-Йорк, она убеждала себя, что останется равнодушной, встретив Джейсона Хейза, потому что смерть Чарли избавила ее от уязвимости и наивности, послуживших причиной тому, что произошло между ними. И все-таки, услышав его голос, она затрепетала.
— Да, я слышала об этом.
— Ты узнала его по голосу. Знакома с этим знаменитым и загадочным человеком?
— Приходилось встречаться, — она заставила себя посмотреть в зал и увидела, что Джейсон остановился у ряда, в котором сидели Эрик и Джоуэл. Пока он тихо переговаривался о чем-то с Джоуэлом, она рассмотрела его. Он был одет в черные джинсы и черную рубашку с длинными рукавами. Сейчас Джейсон показался ей стройнее, чем она запомнила, но прежними остались сдержанное выражение лица и излучаемый им магнетизм. — На самом деле я плохо знаю его.
— Музыка Джейсона фантастична! — с воодушевлением произнес Кевин и вдруг нахмурился. — Господи, а вдруг ему не понравится, как я играю Отелло?
— Почему не понравится? Ты замечательно справляешься с ролью. — Она говорила машинально, не спуская глаз с Джейсона. — Это я пою отвратительно.
Глядя на Джейсона со спокойной уверенностью, Дейзи чувствовала, что ее детская беззащитность осталась в прошлом, и благодарила за это бога.
— С тобой все в порядке? — спросил Кевин, вглядываясь в ее лицо. Она с трудом отвела взгляд от Джейсона и натянуто улыбнулась.
— Очевидно, Эрик позвонил великому композитору и сказал, что из-за меня его эпохальной опере грозит провал.
— Ты думаешь?
— А что еще могло его привести сюда среди ночи? — Она спустилась с высокой кровати на сцену. — Он пришел спасать свое детище.
— Ну, не думаю, что он такой же крутой, как Джоуэл.
— Не обольщайся.
Уж она-то на собственном опыте испытала, каким безжалостным и непримиримым мог быть Джейсон, когда дело касалось его музыки. Хватит, ей надоело ждать, словно приговоренному к смерти, какой вид казни выберут ее палачи. Она собралась с духом и вышла на авансцену.
