Заблудившись в пустыне, странник проходит путь от страшной агонии и желания выжить до полного безразличия к самому себе. И лишь очистив сознание человека от мирских тягот, пустыня раскрывает ему истину…
Странник
Иссушенное зноем, тело было поглощено выцветшей мешковиной – рваным тряпьем, развивающимся на ветру. Пыльный капюшон защищал уставшие, раздраженные глаза странника от острых песчинок, проникающих, казалось, в самую душу, защищал от жалящих лучей солнца.
Беспощадное светило давно выжгло на этих глазах свое клеймо, лишив возможности видеть цвета. Или, быть может, в этом мире просто нет цвета?..
Ноги, обмотанные в ту же ткань, что и все тело, утопали в раскаленном добела песке. Они вели странника…
Вели… но куда?
«Что я здесь делаю?»
Неправильный вопрос.
«Что я ищу?»
Что ищу я в пустыне, где нет ничего, кроме одиночества и смерти?..
Он огляделся – белая бесконечность обволакивала все. Словно морские волны, песчаные зыби вздымались в небо огромными холмами. Иногда казалось, что они пульсируют жизнью и шевелятся, словно та же вода.
«Как хочется пить!»
Еще вчера допил он последний глоток, и в отчаянии швырнул свою флягу в песок.
А ведь когда-нибудь, он мог ее наполнить вновь.
Если бы пустыня ему позволила…
Не зная ничего другого, странник двинулся дальше. Свежие ожоги на теле неприятно натирала пыльная ткань.
Вдали показался спасительный каменный колодец.
«Всего лишь мираж – понял человек, сделав пару шагов в ту сторону – но мираж, это ведь отражение реальности, значит, где-то поблизости есть настоящий колодец».
Но хватит ли ему сил и удачи?
Навряд ли…
Сколько он уже в пути?
Всю жизнь. Одно мгновение. В пути ли он вообще? Можно ли назвать бессмысленное топтание по пустоте – дорогой?
Густая борода, цвета песка, почти уже достигала пояса.
– Укажи мне выход! – Зашипел он исчезающим голосом. – Или дай, наконец, умереть! Мне уже все равно – лишь бы закончить это… позволь…
Человек упал обессилев. А когда вновь нашел в себе силы подняться на колени, увидел вдали неясные очертания большой громады. Ослабшее зрение не могло объяснить страннику что это.
Дрожа всем телом, человек встал и спазматично двинулся в ту сторону, яростно, как никогда, сопротивляясь песку проникающему, казалось, в самую душу…
* * *
Неожиданно, странник осознал, что заунывные звуки ветра вдали – это тихая, красивая музыка. Она показалась ему знакомой.
Идти стало сложнее, как будто кто-то незаметно и очень быстро накинул тяжелый груз на уставшие сломленные плечи.
«Как хочется пить»
Раздраженные глаза неотрывно взирали вдаль – на расплывчатый силуэт огромного здания. Да, отсюда уже было можно понять, что это постройка. Но горячий, живой воздух стекал из песка в небо, заставляя здание трепетать, извиваться и таять, словно расплавленный воск.
Музыка зазвучала громче, взметнувшаяся вместе с порывом песчаного ветра. Человек еще какое-то мгновение наблюдал даль, после – его глаза узрели черную бездну, а тело повалилось в ее горячее лоно, обдуваемое этой тихой музыкой…
* * *
Резко погасшая белизна неба, так и не явилась вновь, даже когда странник открыл глаза. Черная бездна сохранила свою власть.
– Это всего лишь ночь, глупый… – Послышался нежный женский голосок.
Послышался совсем близко!
Человек привстал на локтях и повернул голову – никого!
Вздохнув, он вновь тяжело повалился на песок.
Пустыня! Она играет со своими жертвами. Пытается свести с ума. Шутит и лукавит. Она иссушит и спалит тебя дотла, если же ты окажешься сильнее – заморозит твою душу, посылая в нее ночь.
Странник засмеялся – возможно, он уже и не человек, просто не замечает этого.
