— Артур… не нужно говорить об этом, я действительно могу расплакаться, ведь теперь перестаю так переживать…
— Ва-ха-ха, хорошо, — улыбнувшись, засмеялся он, приобняв за плечо. — Все будет хорошо, у тебя есть еще и мы, его друзья. Поэтому не переживай.
— Хорошо…
Дождавшись остальных, приступили к трапезе. Во время обеда мы говорили о многом, также о взглядах, которые прожигали нас насквозь, их было бы сложно не заметить.
До звонка остались считанные минуты. Но девушки в кафе все еще сидели, горячо обсуждая нас:
— Оксан, — вдруг закипел Миша, — я сейчас не сдержусь.
— Успокойся, — спокойно сказал ему Артур.
— Да, не кипятись, эти разговоры пусты, они не знают, что значит «дружба с людьми», а не с «элитой», которую все так и привыкли называть. Поэтому не обращай внимания, — гордо сказала ему.
— Прости, но я не потерплю оскорблений, адресованных моему другу, — извинившись, Миша встал, сделал глубокий вздох и начал громко вещать свои мысли, при этом вскочив на скамейку, чтобы его видели и слышали все. — Эй, вы! Слабо подойти и сказать в лицо? Шавки! Только и умеете лаять за спинами! Как это мерзко с вашей стороны! Еще называете себя «из аристократических слоев или этилы»!? Да как вы можете себя ими считать, ежели не можете сказать в лицо эту неправду?! Смех и только, вашим родителям было бы стыдно. Этот человек не пытался втереться к нам в доверие, чтобы стать другом, а не врагом! Вы не представляете и не знаете, как прекрасен человек, когда он не обращает внимания на статус, который завоевала ваша семья, а не вы сами, — Миша перешел на серьезные разговоры, в нашей школе не редкость, если кого-то унижали из-за социального статуса, но многие были против таких вот разборок. — Вы ничего еще не стоите в этой жизни! Вы не заработали деньги, которые дают вам на карманные расходы, также не покупаете и не отдаете ничего, не получаете и не возвращаете. Вы еще никто, вам только даровали жизнь, однако ваше эго говорит за вас… Да, у моей семьи тоже отличный статус, есть и деньги, и особняки, но какой в них смысл, если это труд моих предков, мой труд начнется тогда, когда я заработаю для семьи, когда отработаю все то, что тратил за время своего взросления.
— Артур, успокой его, — резко сказала я.
— Постараюсь, — ответил Арт.
— Люди бывают разные, так почему вы смеете осуждать за его внешность! Да у вас тогда душа гнилая, отвратительная, хуже болота в самом дальнем и загрязненном месте… Вы действительно мерзкие, раз так считаете.
— Эй, Миша, хватит, — схватив его за штанину, сказал Артур, при этом показывая, что около входа столпились учителя.
— Ок, — тихо ответил Миша, улыбаясь очень нежно. — Так вот, благодарю вас, милые дамы, что испортили этот последний школьный день. А теперь я буду раз не видеть вас хоть до конца жизни. Не попадайтесь мне!
— П-простите нас! — вылетели девушки с криками из столовой.
Естественно звонок прозвенел, мы опоздали, однако учителя и некоторые присутствующие, которые либо проходили мимо, либо решили пообедать, но тут началось выступление, поэтому после просмотра они начали хлопать этому выступлению Миши, говоря, что он отлично постарался и сделал все правильно.
— Эй! Давайте быстрее! Нас могут поругать! — на лету говорил Миша, когда пытался скорее попасть в класс.
— Это из-за тебя мы опаздываем! — сказал Кир, упрекая его.
— Да ладно, зато было достаточно весело наблюдать за происходящим, — воодушевленно произнес Мир в защиту Мишки.
— Не мелите ерунду, все идет так, как нужно, поэтому не стоит искать виновного, — высказал свои мысли Артур.
— Поторопитесь! — помахав им со второго этажа, крикнула я, усмехаясь их медленному бегу. — А ведь вы мальчики. Но бегаете достаточно медленно, — натянув достаточно высокомерную улыбку сказала им, чтобы те разозлились.
— Ах ты! Подожди, мы тебя поймаем! — закричали мальчишки, ускорив бег.
— Ой-ой, мы опоздали на 5 минут! Шевелите батонами своими! — крикнула им уже с третьего этажа.
— Ха-ха-ах, — раздался дикий мальчиковый смех. — Бежим!
Они примчались довольно быстро.
— Мы пошли в этот кабинет, у нас алгебра сейчас, — сказал Кир, взяв Мира за запястье. — Увидимся после уроков! — помахав рукой, сказал темноволосый.
— Пока-пока, до встречи, — подчиняясь силе темного, светленький покорно шел, не отдергивая своей руки, наверное, там будет легкое покраснение.
— Ладно, пошли… — взволнованно сказала им.
Подойдя к кабинету, в котором не было слышно ни звука, это говорило о том, что учитель немного зол, либо притворяется, что зол.
— Эм… Простите за опоздание, — немного смутившись, я вошла в кабинет, смотря в пол.
— Простите, что задержались! — оживленно сказали парни.
— Хм, и чего вы такие довольные? Вам не стыдно?
