— Ну, это была отговорка, — Валлис уловил иронию в голосе Гилберта. — Я, разумеется, сказал тогда неправду. К этому шкафу имеются три вида ключей и, кроме того еще и замок с шифром. Я совершил большую оплошность три недели тому назад, когда оставил ключи от этого шкафа здесь на складе, в кармане моего рабочего сюртука. Лишь около одиннадцати часов вечера, уже дома, я вспомнил о своем промахе и поспешил сюда. Я нашел ключи там же, где оставил, но в мое отсутствие кто-то успел снять с них восковой оттиск. И с тех пор этот «кто-то» — продолжал он шепотом, нагнувшись к своему слушателю, — завел себе привычку являться сюда по ночам. Быть может, вам известны причины его визитов?
— Возможно, он является сюда для того, чтобы просто ознакомиться с содержимым этого шкафа? — иронически осведомился Гилберт.
— Он являлся сюда для того, чтобы похищать у нас плоды нашей работы, — сказал Валлис. — Кто-то, кому моральные принципы или что-либо иное мешают стать профессиональным взломщиком, является сюда и обворовывает нас. Короче говоря, за последнее время он похитил у нас двадцать с лишним тысяч фунтов.
— Вернее, не похитил, а одолжил, — поправил его Гилберт.
Он откинулся на спинку стула, в глазах его появился холодный блеск.
— Что вы хотите этим сказать? — спросил изумленный Валлис.
— Эти деньги, по-видимому, у вас одолжил некто, очень нуждавшийся в наличных средствах. Некто, более смыслящий в биржевых операциях, чем большинство людей, занимающихся ими, и который, в силу своих знаний, может играть на бирже с минимальным риском…
Гилберт продолжал говорить. Валлис внимательно слушал, но в то же время краем уха ловил посторонние звуки в здании. Услышав, как хлопнула входная дверь, он понял, что управляющий ушел, и они остались одни в помещении фирмы. Это соответствовало намерениям Валлиса.
— Я должен был раздобыть деньги какой угодно ценой, — продолжал Гилберт. — Я мог бы без особых трудностей начать воровать. В течение целого месяца я следил за вами так же, как в течение ряда лет следил за другими преступниками. Я не хуже вашего разбираюсь теперь в тонкостях вашего ремесла. Вспомните о том, что я работал в отделе министерства иностранных дел, где занимаются преступными элементами среди иностранных подданных. В сущности я являлся полицейским, хотя и не располагал всеми правами, представляемыми полиции законом.
Валлис был весьма заинтересован повествованием Гилберта.
— …Да, я — вор, — холодно произнес Гилберт. — Но причину того, что я стал вором, я вам не раскрою.
— Скажите, а «Мелодия в фа-миноре» имеет какое-нибудь отношение к этому? — неожиданно спросил Валлис.
Гилберт вскочил со своего места.
— Что вы хотите сказать?
— То, что сказал, — произнес Валлис, глядя ему в глаза. — Я знаю, что вы питаете особую склонность к этой мелодии. Но вот почему? Признаюсь, я очень заинтересован этим обстоятельством.
— Ответа вы не получите, — резко оборвал Гилберт. — Однако, каким образом, черт возьми, удалось вам это узнать?
— И мы обладаем кое-какими источниками информации, — загадочно произнес Валлис.
— Ах да, конечно! — догадался Гилберт. — Ведь ваш приятель Смит снимает комнату в квартире… Я совсем упустил из виду это обстоятельство.
— Мой приятель Смит? Вы, очевидно, имеете в виду моего шофера?
— Я имею в виду вашего сообщника, активного члена вашей шайки, который в течение ряда лет сопутствует вам в ваших предприятиях. Я достаточно хорошо осведомлен обо всем, что творится у вас. А особенно удачна идея со складом несгораемых шкафов. Если я не ошибаюсь, ее использовали несколько лет тому назад в Италии. Сначала вы продаете сейф тому, кого наметили, причем по крайне низкой цене, а затем, когда он установлен у клиента, вам остается только явиться к нему с запасными ключами и обчистить его.
Валлис утвердительно кивнул.
— Вы правы, приятель! — сказал он. — А теперь прошу вас объяснить мне, с какой целью вы следили за нами? Чего ради вы периодически похищали крупные суммы денег из нашего тайника, и куда вы их дели?
Гилберт поднялся со своего места и зашагал по комнате.
— Известно ли вам, что не было ни одного совершенного вами взлома, о котором бы я не знал? Известно ли вам, что не было ни одной драгоценности, которую бы вы похитили, и о которой я не был бы осведомлен? Я знаю наперечет все похищенное вами, знаю, кому принадлежат эти драгоценности, знаю то, что вы продолжаете их хранить в этом шкафу. И я надеюсь, если мои старания увенчаются успехом, не только вернуть вам то, что я похитил у вас, но и возместить ущерб всем тем, кого вы ограбили.
Теперь пришла очередь Валлиса вскочить с места.
— Что вы хотите этим сказать?
