В жизни всегда есть место музыке. Главное – суметь ее услышать. Волнительную, странную, громогласную, тихую, умиротворяющую. Вита и Эмили не только слышат музыку в каждой прожитой секунде – они ее создают. Каждая – непохожая на другую. Они не знают друг друга, их жизни никогда не пересекались. Но сама судьба взялась за инструменты и уже готова сыграть свою ироничную и запутанную мелодию. Будет ли она услышана?
© Дмитрий Комогоров, 2016
ISBN 978-5-4483-3883-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Он ненавидел крепкий алкоголь. Ненавидел его вкус, его запах, ненавидел тех, кто наслаждался, вливая эту субстанцию себе в глотку. Но больше всего он ненавидел этот момент, эту секунду, когда жидкость только начинала спускаться по горлу, обжигая тем самым все на своем пути. В это мгновение он всегда задавался вопросом: «А зачем я вообще решился на это?», и через пару минут получал ответ – тело расслаблялось, давая ощущение легкой истомы, а все мысли покидали разум, принося за собой столь приятную тишину.
Насколько это тишина вообще была возможна в подобном месте и в подобное время.
– Ну как? Легче стало?
Повернув голову в сторону источника вопроса, он обнаружил рядом с собой знакомое лицо.
– Скоро узнаем.
Еще один большой глоток – и бокал со звоном приземлился на стойку бара. Показав бармену жестом, чтобы тот повторил порцию, он, не вставая с высокого стула, вполоборота развернулся к собеседнице.
Повисла пауза.
Первой не выдержала она:
– Сколько ты тут уже сидишь?
– Часа полтора.
– И сколько ты выпил?
– Примерно вот столько. – Пальцами правой руки он показал интервал сантиметров в десять.
– Разбавляя? – спросила она, присаживаясь рядом на такой же стул. – Или вчистую?
– Да. – Бармен поставил перед ним свежий бокал с новой порцией янтарной жидкости. Он сделал небольшой глоток. – Вчистую.
Девушка вздохнула, даже не стараясь скрывать легкого раздражения.
– И что у вас
– Не хочу об этом говорить.
– Ну конечно, – начала она, изменив свой голос на издевательски-пародирующий: – «Я просто буду сидеть здесь, напиваться и проклинать весь этот чертов мир». Так получается?
– Ага…
Резкий удар по затылку не дал ему поднести бокал ко рту, отчего большая часть алкоголя выплеснулась наружу.
– Неправильный ответ!
– Да что, мать твою, с тобой не так, Вита?! – разгневано спросил он, вытирая рукой алкоголь, попавший на одежду.
– Со мной? – усмехнулась она. – Со мной-то как раз все в порядке. Это ты ведешь себя как унылое дерьмо.
Он промолчал.
– Ну что у вас там произошло? – не унималась девушка. – Опять что-то не поделили? Поссорились? Может, в постели ты назвал ее чужим именем?..
– Мы расстались.
– …Чего?
– Мы, – еще глоток, – расстались.
– Так, о’кей. – Она подняла взгляд в поисках бармена. – Мне, пожалуйста, тоже, что и моему другу. – Они какое-то время сидели молча, пока парень за стойкой не подал два бокала. Вита сделала небольшой глоток, поморщилась, пробормотав: «Вот же хрень», и снова обратилась к собеседнику. – А теперь давай поподробнее.
Она ведь все равно не отстанет, подумал он и принялся рассказывать: как они перестали понимать друг друга, как любая мелочь приводила к бессмысленным ссорам и крикам, как они уже месяц не спали в одной кровати, а если и спали, то на таком расстоянии, что между ними можно было баррикаду построить; как она заявила, что намного приятней заниматься сексом с душевой насадкой, нежели с ним; как он впервые за всю историю их отношений сорвался и дал ей пощечину. Это как раз и стало последней каплей – она собрала свои вещи, проклиная его за все то время, что, якобы, было потрачено впустую, и ушла.
Вита сидела и терпеливо слушала, а когда он закончил, положила руку ему на плечо, мягко его сжав.
– Значит, вам не суждено было быть вместе.
– Отлично, – раздраженно произнес он. – Ничего менее заезженного придумать не могла?
– А что тут придумывать? Вы встречались сколько? Два года?
– Через месяц должна была быть вторая годовщина.
– Ну вот! А теперь посчитай, сколько за эти два года вы действительно – повторюсь,
– Да даже не в этом дело! – всплеснул он руками, едва не задев бокалы. Затем сделал глубокий вдох и спокойно продолжил: – Подсознательно я понимал, что мы рано или поздно разойдемся. Но все равно не переставал пытаться сохранить наши отношения. Но ее всегда что-то не устраивало, она…
Удар по подзатыльнику.
– Какого хрена?!
– Прекрати давить на жалость, – в голосе девушки читалась серьезность. – Перестань корчить из себя жертву. «Вот – это все она. Это она плохая, а я весь из себя гребаный принц на белом коне». Я не говорю, что ты можешь оказаться не прав – может, она и вправду та еще стерва, – но не смей сам изображать из себя неудачника, который давал-давал-давал, а потом остался с разбитым корытом.
После небольшой паузы, она подвела:
– Расстались? Ну и черт с ней! Ты же не старик восьмидесятилетний – найдешь себе еще девушку, которая будет ценить тебя и твои старания.
– Вау, – спустя несколько секунд сказал он. – Вита, когда ты научилась этим мотивационным штукам?
