В каком государстве мира великий пророк работал в должности научного сотрудника?
Случаются события совершенно обычные и вместе с тем совершенно невообразимые. Они происходят, но в них трудно верить. Их невозможно себе представить.
Не фантастика, нет. Реальность, и только.
Вот два классических прибора: микроскоп и телескоп – очки наши для видения реальностей самых маленьких и самых больших. Что делают эти приборы? Увеличивают для нас полноту реальности. Расширяют ее границы – уменьшают нашу ограниченность.
То же делают с разных сторон: радиоприемники, телефоны, рентгеновские аппараты, инфракрасные лучи, лазеры, космические аппараты…
Увеличивает полноту реальности, безо всяких очков, без посредников – и человеческий мозг. Но не всякий и не всегда.
В реальность Настоящего, в которой мы живем всякий миг, входит и реальность Прошлого, и реальность Будущего. Кое-что мы прозреваем и в той, и в другой. И у той, и у другой есть горизонт, за которым ничего не видать. Но если подняться повыше над уровнем, на котором находимся, – видно дальше и больше.
Проделаем мысленный эксперимент. Вообразим себя Александром Сергеевичем Пушкиным и внезапно перенесемся из его времени в наше, в век двадцать первый. Глазами Александра Сергеевича, мгновенье назад положившего свое гусиное перо рядом с чернильницей и позвавшего крепостного слугу, чтобы подал одеться, – сразу увидим-услышим компьютеры с электронной почтой, скайпом и интернетом, электронные читалки, мобильники, видеокамеры, радио, телевизоры, метро, скоростные поезда, сверхзвуковые самолеты, вертолеты, ракеты, видеокадры ядерных взрывов, спутники, космические полеты, пересадки органов, генотрансформации… Да хотя бы только автомобили.
…Шок и ужас испытали? Дуновение сумасшествия ощутили?..
Люблю перечитывать Пушкина, и особенно его письма, он в них такой живой и разный, такой свободный и близкий, такой свой.
…Не сердись, женка; дай слово сказать. Я приехал в Москву, вчера в середу. Велосифер, по-русски поспешный дилижанс, (…) поспешал как черепаха, а иногда даже как рак. В сутки случилось мне сделать три станции. Лошади расковывались и – неслыханная вещь! – их подковывали на дороге. 10 лет езжу я по большим дорогам, отроду не видывал ничего подобного. Насилу дотащился в Москву…
Александр Сергеевич был человеком с могучим воображением, с богатейшим в России, если не в целом мире. Но и воображение гения не всесильно. Пришествие в мир автомобиля Пушкин в свой
Это к тому, что чудо – понятие относительное. Скажи кто-нибудь из нас сейчас ненароком: «Я приехал к тебе на велосифере», – сочтут либо за велосипедиста, только что посетившего стоматолога, с еще не отошедшей заморозкой, или пьяненького со слегка заплетающимся языком, либо подумают, что остали от жизни, что работает уже новый вид городского сверхскоростного транспорта, скорее всего воздушного.
В
