Крис:
И шаловливо выставила перед ним изображение картины с богатырями кисти Васнецова. Саша улыбнулся.
И уже через секунду мог лицезреть русоволосого крепыша с хитроватым взглядом и чуть кривым носом.
– Привет, Добрыня!
– Как жизнь, Санек? Давай, может, сегодня пересечёмся, мячик покидаем?
Саша глянул на часы. Если взять быстролёт, то до друга он доберётся за час с небольшим. Почему бы и нет? Не все же жёлтожопым йогистам спортом заниматься, ему тоже хочется! Крис все равно занята. С её основательностью ей дел хватит надолго.
– Давай. Куда подрулить?
^^^
Через полтора часа приятели встретились в небольшом клубе, где Саша переоделся в арендованную форму, а Добрыня – в свою, и пошли на открытое баскетбольное поле. Когда-то давно они так и познакомились – в спортсекции.
Болтая ни о чем, как бывает, когда люди в хороших отношениях, но видятся нечасто, мужчины какое-то время кидали мяч в кольцо, меняя расстояние и подходы.
– Слушай, проверил я твой «ЭкзоТех», – перешёл наконец к делу Добрыня, глядя, как Саша примеривается к броску. – Что тебе сказать? Вообще неинтересно.
– Совсем? – Рука чуть дёрнулась, и мяч попал по кольцу, но не в него.
Хоть они и не соревновались, но автоматическая система все равно считала очки. Так что нет-нет да периодически взгляды обоих обращались в сторону табло. Пока лидировал Добрыня.
– Ну почти, – он поймал мяч. – Вот прошлая контора, та была да-а, вкусно. А тут всё так прилично, что аж противно.
– Лично меня это радует, – признался Саша, наблюдая за тем, как Добрыня выбирает расстояние для броска.
– Тебе-то да, а мне было скучно, – он отправил мяч в полёт. Тот попал практически идеально в середину кольца, заставив меткого спортсмена довольного разулыбаться.
– Ни за что не поверю, что ты ничего не нашёл, – теперь снаряд перехватил Саша.
– Не-е, такого не бывает. Ты же знаешь, нет невиновных…
– Есть те, за кого ты не взялся, – со смешком закончил Сашу любимую присказку друга и по совместительству майора полиции.
Добрыня вновь улыбнулся и показал на Сашу двумя указательными пальцами, мол, сечёшь.
– Если по существу, то в целом компания чиста. Были штрафы по налогам, но небольшие. С десяток судов с клиентами. Ещё там мелочи какие-то. В общем, как у обычной работающей, а не подставной компании. Что касается руководства… Старика я не проверял, как ты и сказал, а этого… как его…
– Никола Ермолаев, – Саша, застывший, когда пошёл разговор по существу, отмер и, не примериваясь, толкнул от себя мяч. И попал, что удивительно.
– Да, – Добрыня поморщился. – Никола Светозарович Ермолаев. Женат. Детей нет. Приводов нет, под следствием не был. В общем, как гражданин чист.
– Но как-то ещё не чист? – попытался догадаться Саша.
– Угу. Смотри, у него в собственности клуб, – Добрыня решил сделать круг вокруг приятеля, ведя мяч. – Вернее, сначала появился один, год проработал, и открылось сразу ещё два. Через полгода четвертый.
Добрыня остановился в одной из самых дальних точек, сделал бросок и не попал.
– И буквально меньше, чем через год три новых клуба продали, и остался только первый, – недовольно закончил он.
– Не пошло значит? – Саша резко увёл мяч у друга и, подпрыгнув, кинул его сам. И снова попал.
– Кто знает, кто знает, – хитро улыбнулся Добрыня, тяня паузу и явно мстя за то, что лидерство по очкам перешло к приятелю. – Например, ты знал, что он разводится?
После разговора с безопасником Саша что-то такое и подозревал, но не думал, что есть уже официальные бумаги.
– Давно?
– Да уж пару лет. Я тебе данные отправлю, – Добрыня прицелился и в этот раз попал, правда, пришлось понервничать, когда мяч замер на кольце и какое-то время определялся, куда ему упасть. – Вроде как жена поймала его на измене. Подала на развод. Он не дал. Начали ругаться. Потом вроде помирились. Затем снова. И так все время.
– И ты думаешь… – Саша чуть не упустил полетевший в него мяч. – Что Ермолаев выводит активы?
– Да сто пудов, бро. Я уверен, он нашёл верного человека или какое-то другое подставное лицо, продаёт ему клубы за бесценок, а когда даст согласие на развод, останутся от его имущества рожки да ножки. И жёнушке перепадёт одно копытце, а может, и его не будет.
– Почему?
– А последний клуб в залоге. Причём, тому же, кому продали предыдущие три. То есть если жена захочет делить имущество поровну, то и долги ей тоже отойдут.
– И ты подозреваешь, что клуб записан на подставное лицо Ермолаева, и Ирине Ермолаевой придётся ещё и доплачивать ему?
– Изящно, да?
– Подло.
– Не без этого. Ну что, пошли выпьем? Я тебе ещё про аварии расскажу.
– Аварии?
– Ха-ха, сначала выпить.
У моего нового тела был один жирнейший плюс: оно не поддерживало панические приступы, как бы мой мозг ни старался их вызвать. Приступ равнодушия вот я разок словила, а панику – нет. Хотя очень хотелось, очень. Но вместо этого пришлось оставаться спокойной и рассудительной.
