Крис:
– Лина, зачем вы пришли?
– А разве не очевидно? Мы же взрослые люди, Саша. Работа – это работа. А вечер… он только для двоих, – она подошла ближе и положила руку ему на грудь, подалась вперёд, слегка запрокидывая голову и подставляя его взгляду губы, шею и декольте. – Ты мне понравился… Давно меня так… не строили. Хочу ещё раз… ощутить твою силу.
И положила руку на пах.
Крис:
Именно так себя он и ощущал. Потому поспешил отклониться, перехватить руки женщины за запястья и отодвинуть от себя.
– Дейсдарыня, я не могу уволить вас дважды.
– Разве? – она снова попыталась прижаться. – А ты возьми снова на работу, а потом… в своём кабинете, прям на столе и уволишь. А потом снова возьмёшь и снова уволишь…
Крис:
– За использование его не по назначению, – вслух поправил её Саша.
– Что? – Клина чуть выпала из образа.
– Я говорю, нецелевое использование офисной мебели. Дейсдарыня Коржакова, я оценил предложение, но пока не заинтересован.
– Чего ты боишься, глупыш? – продолжала гнуть своё Клина. – Я же чувствую, ты хочешь. Тебе не нравится быть властным? Ты хочешь… наоборот… побыть ведомым?
Искин мгновенно перевоплотилась в стереотипную БДМС-ную госпожу в чёрной коже, маске с ушками и с хлыстом, который тут же раскрутила на казачий манер и щёлкнула им об «землю».
Крис:
– Хочешь, я тебя накажу, мой мальчик? – промурлыкала Клина.
Саше захотелось побиться головой о ближайшую стену.
– Дорогая, хочу только одного, – с лёгким шипением ответил он.
– Чего же… дорогой? Только скажи…
– Чтобы ты, – почти нежно начал Саша, отпустил одну её руку и потащил женщину к двери, – ушла отсюда и дала наконец заняться работой!
«Количеству которой я обязан тебе, между прочим!» – хотел добавить он, но Клина в ярости вырвалась.
– Ах так! – она схватила рукав своего платья у самого плеча и рванула ткань вниз. Раздался трест разрываемых нитей. – Я скажу, что ты меня изнасиловал!
– Только если тебе хочется позориться! – Саша ткнул пальцем в одну из камер, и Крис заставила ту эффектно мигнуть красным огоньком. – Всё записано и уже отправлено на облачное хранилище.
– Сволочь! Какая же ты сволочь!
– Приятно слышать такую оценку от мастера сволочизма!
– Я найду на тебя управу, ты слышишь?! Ты думаешь, какой-то мажор может меня выкинуть? Я год своей жизни положила на эту шарагу, чтобы какой-то мальчишка меня оттуда за день выкинул?! Держись за портки, гад, скоро слетят!
Саша достал из кармана трусы и развернул перед Клиной.
– За эти?
Дальше могла идти только пощёчина, Коржакова даже занесла для неё руку, но Саша ещё раз ткнул в камеру, так что его ещё раз прожгли яростным взглядом и на этом оставили. Клина схватила плащ и вылетела в подъезд. Дверь хлопнула так, что где-то на улице взвыла сигнализация аэромобиля.
Мужчина вздохнул и ещё раз оглядел трусы. «Обычные портки, а сработали как ладан на чёрта», – подумал он.
Утром Саша пошёл на работу в то же время, что и вчера. Однако в этот раз толпы на проходной не оказалось: пускали всех по пропускам и через рамку для определения опасных веществ. Почему так нельзя было делать всегда, так и осталось для Саши загадкой.
Поднимаясь на свой этаж, он обдумывал вчерашнюю сцену с Клиной. Как и полночи до этого. Не столько из-за самой ситуации, сколько из-за ощущения чего-то неправильного в ней. «Надо было попытаться разговорить её», – сожалел Саша. Проблема с “ЭкзоТехом” казалась теперь сложнее, чем он изначально думал и к чему привык. Одним увольнением и переобучением сотрудников клиентского отдела не обойтись, тут надо вникать серьёзнее. А он упустил такую возможность получить информацию! Пока Клина чего-то от него хотела или злилась, можно было что-то узнать! А он ей сразу портки… Отчаянно хотелось кофе и полюбоваться на энергию солнца вместе с жопами в жёлтых трениках.
– Комсдарь! – ворвавшееся в лифт существо с розовыми кудряшками, прервавшее эти сладостные мечты, оказалось одним из клиентских менеджеров, вчера больше всех задававшее вопросов. – Как хорошо, что вы пришли! Я не знаю, что делать!
Саша вздохнул. Он бы дорого отдал, что бы никогда не слышать эту фразу.
– Что случилось? – И не задавать этот вопрос.
Крис:
Розово-кудрявая Илона выдохнула:
– Всё пропало!
Саша на миг прикрыл глаза: почему у юных существ всё всегда так трагично? Может, это какая-то особенность возраста? Вроде не подросток уже.
– Конкретнее, пожалуйста, что пропало, как пропало, куда пропало, когда пропало.
Лифт остановился на нужном этаже, и они вышли в коридор. И тут Саша проснулся без всякого кофе.
