— Пусть она и грубо вам это говорит, парни, но она все же профессионал и ты действительно допустил ошибку, Хосок. Привыкли, что прошлый менеджер давал вам поблажки. Научитесь прислушиваться к окружающим. Ведь эта девушка старается, чтобы вы стали лучше, а вы… — произнес он и направился в сторону своей машины.
— Да пошло оно все, — психанул Хосок и пошел в сторону общежития, остальные последовали за ним.
— Парни, идите без меня, — вдруг остановился Намджун. — Я забыл свою сумку, а там тексты, так что мне следует ее забрать, — проговорил он и снова пошел в компанию.
Джессика будто застыла. Все вокруг перестало существовать. Черноволосая повернулась в сторону зеркал и усмехнулась. Девушка достала телефон и зашла в диалог с Намджуном.
Джессика Пак: «Отдохните сегодня хорошенько. Завтра вечером у нас вылет, поэтому сегодня можете делать, что хотите»
Намджун в это время подходил к залу и, прочитав сообщение, усмехнулся. Как-то слишком по-доброму написан текст. В этом есть скрытый смысл? Она дает им отдых? Что? Светловолосый заметил, что дверь в зал открыта, а значит, он заберет сумку без проблем, но подойдя, он услышал голос своего менеджера. Парень заглянул аккуратно в зал и заметил девушку, стоящую возле зеркала.
Она поставила телефон на блокировку и опять же посмотрела на себя в зеркало. Его слова сильно задели ее чувства. А ведь за всей этой огромной грубостью скрывается ужасная рана прошлого, о которой она пытается не вспоминать, но вот незадача, Хосок расковырял эту рану. Боль бывает двух видов. Моральная и физическая. Но что делать, если из-за физической, появляется моральная?
Есть то, что заставляется Джессику испытывать одновременно два вида боли. И ей никак не избавиться от этого. Прошлое слишком жестоко… Мы всегда живем прошлым. Если кто-то говорит, что забыл былые обиды и всю боль, что тогда испытывал. Знайте, этот человек вам нагло врет. Пусть иногда вы не вспоминаете о прошлом, но как только что-то напоминает вам, то вы не сможете сбежать от нахлынувших эмоций. Они задушат вас…
— Да что ты понимаешь в танцах? Американская выскочка, — передразнивает она. — Да что ты понимаешь в танцах? — с грустью произносит она и со всей силы кидает телефон на пол, из-за чего экран смартфона превратился в руины.
Намджун даже вздрогнул. Что ее так разозлило? И почему голос такой грустный? Парень не решался войти в зал и забрать свою сумку, он просто мельком выглядывал и наблюдал за странным поведением своего бесчувственного менеджера. Так значит она не такая уж и ледышка.
Еще мгновение и девушка уже сидит на полу, опустив голову на свои колени. Воспользовавшись этим, Намджун на носочках прошел в зал и забрал сумку с дивана. Но когда уже вышел, услышал звук, который заставил его сердце сжаться. Женский всхлип. Она плачет? У Намджуна всегда сердце разрывается, когда он слышит и видит, как девушки плачут. Он еще раз коротко взглянул на нее и покинул компанию, направляясь домой.
На улице уже было около девяти вечера. Парень медленно шел в сторону общежития, думая над тем, что могло заставить бездушную Джессику заплакать. Он зашел домой и встретился с шестью парами глаз.
— Ты чего так долго, хен? — спрашивает Тэхен, ведь Намджун ушел час назад от них и только сейчас вернулся.
— Да там Джессика, — устало потерев переносицу и сбросив кожаную сумку на пол, отвечает Намджун. Парень плюхается на диван и вытягивает ноги. Все же сегодня была самая тяжелая тренировка за последнее время. Джессика их так вымотала.
— Опять ворчала? Надо было пойти с тобой, — не отвлекаясь от телефона, произносит Юнги.
— Нет, не ворчала, — сухо произносит Намджун. — Кстати сегодня можем отдохнуть, поиграть и так далее. Завтра у нас только вечером вылет, поэтому Джессика дала добро на отдых.
— Вы только посмотрите, какая щедрость, — засмеялся Хосок.
— Эх, хен, думаю, ты задел чувства нашего менеджера, — на выдохе произносит он и все еще не может избавиться от образа Джессики. Сегодня он видел ее другой. За всю эту неделю, что они уже работают, он никогда не видел в ней и намека на слабые места.
— Чувства? — усмехнулся Юнги. — У нее их нет.
— Я сам удивился. Но она разбила свой телефон об пол и, поджав колени, плакала в зале, — выговорился Намджун, сверля часы на телефоне и думая, когда она вернется домой.
Парни ничего не ответили на слова лидера, а просто задумались. Что могло задеть ее? Каждый прокручивал момент в зале, и вспоминал слова Хосока. Но какое из слов ранило ее? После нескольких минут мозгового штурма Чонгук взял ноутбук и ввел в поисковик имя своего менеджера. Прошерстив множество сайтов, они не нашли ничего об ее прошлом. Только разные статьи об ее заслугах и так далее.
Два часа ночи. Джессика только возвращается домой и надеется не столкнуться с парнями. Нет, у нее нет никакой обиды, просто она не хочет, чтобы они увидели ее такой. Пусть слова Хосока ее и задели, но она не обижается на него. Во-первых, он не знал, что это запретная тема. А во-вторых, ей уже все равно.
