Вместо ответа Ян протягивает мне журнал, который разглядывает. С недоумением беру, и тут же кровь приливает к моим щекам. Чёртова вечеринка. Выгляжу я распутно до ужаса. Расстёгнутая рубашка, розовые щёки. И не присутствуя там понятно, что я пьян. Очень пьян.
- Дорвался?
Как всегда неизменное спокойствие, отсутствие эмоций. А мне и сказать-то нечего. Мне стыдно, что я так перебрал. Будто ребёнок, которому родители на праздник налили шампанского в стопку для водки и он чувствует себя взрослым от ощущения приоткрывшихся створок большого мира. Просто отворачиваюсь к зеркалу. Блин, наверное, нужно как-то объясниться, но что я могу противопоставить этим ужасным фото? Врать нет желания, да и не особо искусен я в этом.
- Котёнок, - вкрадчивое над ухом. – Ты плохой мальчик.
Только не…
- Да, малыш, я кого-то накажу вечером.
От сердца отлегает. Ян не злится, он просто поддразнивает меня. Я разворачиваюсь и утыкаюсь носом в его бок. Как же я скучал… Он неспешно гладит меня по волосам, пока я вдыхаю его запах. Не хочу его отпускать. Не хочу…
Конечно, к нам стучатся.
Но я не разжимаю рук. Его тихий шёпот о том, что нам пора. Но мне всё равно. Это мгновенье, хоть и испорчено, но оно наше.
- Тём, тебе так идёт эта причёска… - у меня замирает сердце от комплимента. – Тём, пора.
Знаю... Знаю. Он высвобождается из моих объятий. Чуть приподнимает мой подбородок и чмокает в кончик носа:
- Будь осторожен, хорошо?
Киваю. Обещаю, любимый. На большее не хватает времени. Ни спросить куда он исчез тогда, ни чем занимался. Потом, позже…
***
Когда врывается злой Данил в сопровождении злого режиссёра, Ян изучает сценарий, а я листаю этот злосчастный журнал.
- Блин, ну нашли время!
Тут же влетает хорошо знакомый нам Артур:
- Вот вы где, - хмыкает он, окидывает нас хищным взглядом. – У меня сюрприз.
Выглядит мужчина так, словно вот-вот подарит нам всю вселенную на блюдечке.
- Ваша первая передача должна выстрелить! Именно поэтому приглашённая звезда должна быть особенной. И это будет… - он выдержал паузу. Так, как это делает ведущий в «Кто хочет стать миллионером?». – Стив Кэш.
Я открыл рот от изумления. Это было невероятно! Стив Кэш! Да я смотрел все фильмы с его участием. Тридцатилетний блондин, выбирающий роли офигенных мачо, которые спасают мир от неминуемой гибели. Каждый мальчишка хочет хоть раз побыть им, каждая девчонка хочет хоть раз побыть с ним. Я был просто в шоке, поэтому молчал. Не знаю, почему молчал Ян (кто ж его разберёт), но тишина явно не понравилась нашему продюсеру. Не такой реакции он ожидал.
- Замороженные какие-то, - бросил он с раздражением. – Готовьтесь.
Перед нами положили новый сценарий.
- У вас час, - прибавил Данил.
Хорошо, что я успел взять сценарий до того, как они вышли. Увиденное повергло меня в ещё больший шок – сценарий был на английском!
- Что это? – мой голос сипит. Жизнь как-то вдруг рушится. Радость от того, что я буду в одном кадре со Стивом Кэшем, сменяется ужасом, потому что я понимаю, что придётся разговаривать на английском. Которого я почти не знаю. Да я забыл всё, что знал со школы! Я опозорюсь на всю страну.
Режиссёр и Артур переглядываются. Последний констатирует:
- Он раньше вроде не был таким тупым.
- Он и не тупой, - встаёт Ян. – Удивлён, наверное, безграмотностью сценария. К примеру, - он берёт из моих неразжимающихся рук папочку. – Вот, третье предложение, уже ошибка. Так настоящий американец не скажет.
- Да? – Данил скептически смотрит туда, куда указывают тонкие пальцы Яна и неохотно кивает. – Нужно переделать.
- Вот вы и переделывайте! Где эти придурки, написавшие это? – орёт режиссёр. – Стив сможет уделить нам от силы полтора часа, а вы уже напортачили!
- Не нужно было вообще затевать это, - бормочет Артур и уходит. Режиссёр бросается за ним. Данил садится на диван с копией сценария. А меня начинает мелко трясти. Я не смогу. У меня ничего не получится. Нужно отказаться, убежать куда-нибудь.
Ян кидает на меня взгляд и садится рядом с моим «помощником». Тихо переговариваясь, они меняют реплики, что-то обсуждая и добавляя. Моё же состояние сменилось апатией. Что толку переживать? Ну не получится у меня. Ну уволят. Может, даже и хорошо. Подумать только, ведущий должен знать английский.
Стрелочка, зараза, бежит вперёд по циферблату. Хочу её остановить, да не знаю как. Интересно будет взглянуть вживую на Стива. Наверное, он не такой, как в кино. Эх. И почему я не учил английский?
Забегают девочки-визажисты. Я безучастно смотрю на свои реплики в сценарии. Как бы общий смысл доходит, но ускользает, будто песок сквозь пальцы. Это провал.
- Десять минут! – кричит кто-то, и нас просят в студию.
Это ужас. Девчонки снова поправляют мой грим. Под слепящими софитами сидеть нет сил. Студия представляет собой два уютных диванчика с разноцветными подушечками, стол между ними с вазой полной цветов. За нами ненастоящие окна с весёленькими занавесками. Задорности и свежести этой студии придаёт весёлый цвет стен – оранжево-жёлтый и фото из журналов в забавных рамочках.
