- Ага, хорошо еще там Ян оказался, а то что бы ты делал? Надо же, живет так близко от тебя.
- Да уж.
Я уже думал об этом. Наверняка мы могли даже ездить в одном автобусе. Загадка Яна манила меня все больше и больше. Почему он живет в обычной квартире? Почему у него эта кошмарная собака на «передержке»? Что вообще произошло?
- Блядь! – вдруг кричит Васька.
- Что?
- Сегодня же восемнадцатое!
Он лихорадочно ищет пульт от ТВ. И правда! Наш сюжет будут показывать по телевизору. Как мы могли такое пропустить? Черт, уже шесть двадцать. Васька щелкает каналами и находит нужный, мы замираем — на экране симпатичная девушка:
- И наш последний участник, конкурсная группа «Ямва».
Тут включают наш сюжет. Это круто - видеть свое детище по ящику, но мы с Васькой переглядываемся. Мы и не знали, что, оказывается, у нашей группы есть название, да еще и такое тупое. Что это за слово вообще? Глупость какая-то… У меня ощущение, что нас используют. Так, с этим нужно что-то делать.
- Вась, у тебя есть телефон Яна?
- Ага, - друг прилип к экрану и, не отрываясь, протягивает мне трубку.
Я нахожу в телефонной книге нужный номер и нажимаю зеленую кнопочку. Ян берет трубку после третьего гудка:
- Да.
- Это Артём, - молчание. – Может, ты объяснишь, почему наша группа так называется?
- А я должен?
- Мы вроде одна команда, так почему же нас с Васькой не спросили?
- Потому что, - отрезает Ян.
- Нет, блядь, или ты ответишь, или я приеду к тебе!
- Ты пьян, - вздыхает парень.
- И что? Зато я трезво соображаю.
- Конечно.
- Почему мы ничего не знали о названии? – снова начинаю я.
- Потому что мы и сами не знали, когда понесли сюжет, нам и сказали, что оно обязательно должно быть, - с раздражением говорит Ян.
- И кто же придумал такую ерунду?
- Я.
Хм.
- А почему именно это?
- Потому что это первые буквы наших имен, придурок.
- Сам такой!
Он все-таки бросает трубку, а я записываю на листке наши имена. Ой. И правда… Васька выдергивает у меня сотовый и принимается строчить кому-то смску. Имена-то имена, но он поставил свое первым! Гад. Скотина. А мое последним! Нет, ну это ни в какие ворота!
- Вась, ты представляешь…
- Тсс!
- Что ты делаешь?
- Смс отправляю.
- Вижу, но куда?
- За наш сюжет можно проголосовать. Вот, смотри, короткий номер 5566, нужно отправить смс с цифрой четыре.
- Вась, это развод.
- Ни фига! Щас я попрошу еще всех друзей отправить, и ты попроси!
Весь вечер мы занимаемся ерундой: обзваниваем всех друзей и просим их друзей проголосовать за нас и так по кругу. Приканчиваем еще бутылку вина. Я невозможно зол на Яна, так зол, что даже курю в квартире, чего я себе никогда не позволяю. Чертов ублюдок! Везде он выделится! Почему мое имя последним? Мой вклад как раз-таки самый важный. Ну ничего, я ему еще устрою.
Октябрь. Часть 2
20 октября
Сегодня день встречи с отцом. Собираюсь с духом и звоню с утра сам. Так не хочется, но откуда мне еще взять деньги? Он бодро отвечает. Договариваемся встретиться в кафе рядом с моим институтом после пар. Сижу лишь на первой лекции, потом маюсь с Машей и газетой, потом заскакиваю на репетицию КВНа и спешно переделываю несмешную шутку. Мой монолог пингвина так и не доработан. Понимаю, что придется без него. Денис не очень рад, их выступление в середине ноября, нужно занять еще чем-то три минуты, время поджимает, но я обещаю что-нибудь придумать.
Когда я спускаюсь по лестнице, меня хватает за плечо Стасик:
- Артемьев! Опять прогуливаешь пары.
- Отчего же, я занимаюсь общественной жизнью.
- Быстро в аудиторию! – мужчина сегодня не в настроении. И даже сам провожает меня до двери.
Преподаватель не рад моему часовому опозданию, но мое сопровождение в виде замдекана – мой пропуск в этот мир знаний.
После звонка срываюсь с места и несусь в кафе. Батя уже там. Разглядывает меня и облегченно выдыхает. Он почему-то думает, что геи – это те, кто носит женскую одежду, яркий макияж и каблуки. Не обнаружив на мне ничего из списка, он испытывает такое облегчение, сравнимое только с тем, которое бывает после трехдневного запора. Это он сам мне сказал.
Как-то хотел прикольнуться над ним, накрасить губы. Правда, передумал. Он же и ударить меня может.
Я сажусь на стул перед ним. Поскорей бы это закончить. Почему нельзя просто передавать деньги в конверте?
- Что-нибудь хочешь? – отрицательно качаю головой. Перед ним лишь кофе. - Как твоя учеба, Тём?
- Нормально, - как и всегда, впрочем.
- Что нового в институте? – да все, блин! За месяц полно новостей, но я неопределенно пожимаю плечами. – Как живешь?
Вздыхаю. Типичный ряд вопросов.
- Нормально, - раздражаюсь. – А ты как?
- Я тоже. Вот, захворал немного, пришлось отлежаться недельку.
Не чувствую жалости или тревоги. Хотя нет, тревога есть. Всю ли сумму я получу?
- Батя, мне пора, - всегда так говорю.
- Да, да, - он суетится. – Вот.
Мои заветные деньги, завернутые в газету. Типа чтобы никто не догадался.
- Спасибо. Я побежал… Не болей.
