Женщина ответила не сразу лишь чуть повернула голову в мою сторону, а я тут же бросилась ее поднимать. Лилия застонала от боли, и я неподвижно замерла, положив голову девушки на свое плечо. К ее лицу прилипли волосы, и осторожно убрав их почувствовала влажные, липкие пятна. Присмотрелась и даже в темноте увидела что на ее лице нет живого места.
— Боже, да кто же так тебя, — воскликнула я негодуя, и тут же поняла кто.,- Монстр ему за такое руки отрубить мало.
Лилия, всхлипнув, прижалась ко мне, ее замерзшее тело дрожало.
— Это не он… — прошептала девушка, дрогнувшим голосом, — его люди.
— Не важно! Несомненно по его приказу. Мерзавец, как же я ненавижу его! — моему возмущению не было предела, просто трясло от злости, и даже не замечала что, по моим щекам текут слезы. — Ты можешь подняться, я уведу тебя отсюда?
— С ума сошла, — напряглась она, прошептав, — Хочешь тоже оказаться здесь?
— Мне все равно! Кто дал ему права так поступать с нами? — мой голос почти сорвался на крик, — Я не оставлю тебя здесь!
— Ты не можешь мне помочь, — прошептала Лилия, и в подтверждение словам дернула ногой, и я услышала как, зазвенела в той стороне цепь. И ужаснувшись поняла, что эти чудовища приковали избитую до полусмерти девушку.
— Боже, — прошептала я обреченно, судорожно соображая как ей помочь.
— Не переживай за меня, Дарина, после того как он отнял моего ребенка, я не первый раз пытаюсь убежать. И буду делать это снова и снова, пока мне не удастся или они меня не убьют.
Моё сердце наполнилось безмерной жалостью к этой разбитой и измученной женщине. Вспомнила как бережно она обнимала свой живот, светясь любовью к нерожденному младенцу, а теперь мучается не зная что стало с ним.
— Послушай меня, пожалуйста, Лилия, — произнесла я, с таким пыл что, девушка оторвала голову от моего плеча и посмотрела мне в глаза. — Я обещаю тебе что, мы вместе покинем это место! И никто не сможет нам помешать! Но сначала нужно все продумать, и остановить этого монстра!
— Но как? — без надежды простонала та.
— Там где я жила все эти годы другие законы, нужно как-то попросить помощи. Только нужно придумать как… Был бы телефон, или возможность отправить письмо… — глубоко задумавшись я принялась рассуждать вслух.
— Телефон… Если это то, о чем я думаю, — прошептала Лилия тоже погруженная в свои мысли.
— Что?
— Кажется телефон есть у Яна, я как-то видела как он разговаривал по нему.
— Ты знаешь где он?
— Возможно Ян прячет его у себя, — пожала плечами девушка.
— Нужно его раздобыть, — уверена заявила я, — Но прежде мне нужно узнать, где моя сестра. Ты не видела здесь девочку двенадцати лет, ее зовут Тания?
— Нет. После тебя больше никто не появлялся.
— Ты уверена в этом? — выдохнув с облегчением спросила я.
— Да.
— Скажи, как ты выбралась из дома?
— Дарина, зачем тебе это? — тут же напряглась женщина.
— Хочу навестить семью, — спокойно ответила я.
— Обещай что ты не будешь рисковать напрасно, и дождешься когда меня он освободит? — с надеждой попросила Лилия.
— Обещаю! Я без тебя не уйду!
— На чердаке есть небольшое окно, которое выходит на крышу, с нее примерно метр до козырька, а там можно спуститься по дереву, — поспешно рассказала она, и взволнованно добавила, — Но я не уверена что, тебе удастся также вернутся назад.
— Спасибо, и не беспокойся я что-нибудь придумаю.
Я собиралась уже уходить, как взяв меня за руку Лилия произнесла:
— Прошу не приходи сюда больше, ему это не понравится.
Хотела возразить что мне не важно что нравится этому чудовищу, а что нет, но промолчала. И не могла обещать ей того что, больше не приду, молча поцеловала ее в лоб и побежала к двери.
Я была настроена решительно, как женщины амазонки, о которых я читала в одной из книг, внутри бушевал воинственный дух и жажда справедливости. Готова тогда была на все лишь бы выбраться из этого ада. Той же ночью, мне удалось пробраться на чердак, и как говорила Лилия, смогла вылезти в окно, ну а там немного поцарапавшись спустилась с дерева. До своего когда-то родного дома добежала очень быстро, и не раздумывая ворвалась в открытую дверь. В общине было не принято запирать дом, там люди боялись только гнев Божий. И предводителя. Наш дом был небольшой, прихожая сразу вела в кухню, а из кухни можно было попасть в две крошечные спальни, одна принадлежала родителям, а другая нам с сёстрами. Влетев в кухню поймала на себе изумленные взгляды родителей, мать побелела как мел отскочив, а отец стал креститься глядя на меня расширенными от страха глазами.
— Что, не рад видеть, отец, — произнесла я ледяным голосом.
— Ты… Ты… умерла, — заикаясь проговорил тот.
— Нет! Ты ошибаешься отец! Я не умирала, меня похоронили заживо, у тебя на глазах! — больших сил мне стоило сохранить хладнокровие, и не начать кричать сыпля обвинениями.
— Ты пришла, чтобы отомстить мне… — все еще не веря своим глазам, промямлил отец в ужасе. Да, люди в поселке были очень суеверны, и видимо семья ничего не знала о моем побеге, и просто считала мертвой. Оно и к лучшему.
