В своих рассказах автор прихотливо смешивает сатирический реализм с интеллектуальным мифом, фантастические обстоятельства с почти пародийной стилизацией, не знает удержу в выборе мест действия и эпох и всякий раз удивляет читателя непредсказуемым финалом, который, по словам автора, и для него всегда полная неожиданность.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Властелин Горизонтов, Царь Глубин и Высот, Сущий В Себе и Способный Являться, явился. Он отдалился от Царицы. Это было лёгкое, почти не заметное движение, как вдох – и Царица открыла веки. Она знала: Владыка отдалился лишь для того, чтоб приблизиться. Ведь не может приблизиться то, что не пребывает в некотором отдалении. Но прежде Царь сложил фигуру внимания. Это было лишним – Она и так внимала Ему, потревоженное равновесие не оставляло Ей выбора. Но таков ритуал! Фигура внимания – и фигура трепета в ответ. Теперь Повелитель сделал движение навстречу, Он не достиг исходной точки, для этого было ещё слишком рано. Танец только начинался…
Капеле не злился на себя. Он просто не умел этого. Ведь злиться на себя, осуждать собственные поступки означает искать виноватого, а виноватых в этом мире быть не может, чтоб там ни утверждали священники европейцев и северян. Они придумали понятие греха и вины, чтоб заставлять человека чувствовать страх. А страх нужен для того, чтобы вынудить человека повиноваться. Человек же по природе своей не должен никому повиноваться. Он свободен от рождения. Свободный человек не может причинить зло другому человеку или себе, потому что не знает вины и страха, а все зло совершается в мире только из-за страха. Страх разрушает человека, как гниль, медленно и неотвратимо. Капеле не думал такими словами. Он вообще редко думал словами. Просто он не злился на себя.
Попутчики нравились Чезаре. Хоть молодой щёголь с бородкой и был немного шумноват и немного грубоват с водителем-тамильцем, но к Чезаре он относился с должным уважением, беря в расчет и его возраст и его знания. Потому они и отказались от гида в этой поездке, что пожилой профессор знал куда больше местных жителей об их собственных древностях. Хотя, что значит собственных? Это была совсем другая культура, иная цивилизация. О преемственности здесь говорить вряд ли приходится, поскольку само существование этой культуры почти тысячу лет оставалось неизвестным. Она была забыта, утеряна и затем вновь найдена «проклятыми колонизаторами», как с улыбкой сказал Чезаре их водитель. Непонятно, был ли это сарказм в привычном для европейца смысле. Почти во всём здесь ощущалось двойственное отношение к британцам. Ненависть к захватчикам стёрлась за поколения, а признаки цивилизации, принесённые колонизаторами, охотно использовались. С другой стороны, исконные традиции охотно сохранялись без всякого поощрения…
Служба курьера весьма почётна и опасна. Возможно, почётна именно потому, что опасна. Мы доставляем послание в любую точку, куда и когда нам будет указано. В расчёт не принимаются никакие сложности, препятствия и помехи. Послание должно быть у адресата. Он должен получить его. А какой ценой – этот вопрос не обсуждается. Я горжусь своей службой, хоть мой выбор и не был сознательным, так уж сложилось, что я – курьер. И скажу без ложной скромности: неплохой курьер. Очень неплохой! Не было случая, чтоб моя работа дала сбой, чтоб какие-то осложнения помешали мне доставить послание. В каких только переделках я не побывал! Думаете, я имею в виду то, о чём любят трепаться хвастливые молодые курьеры? Как они отважно доставили послание под градом пуль? Или на тонущий корабль? Чепуха! Все эти пули, бомбы и вообще война – это самое простое в нашей работе. Не надо обладать ни дюжинной смекалкой, ни изобретательностью, чтоб разыскать адресата на войне и передать ему послание. Да хоть дюжину адресатов! Опытный курьер не станет хвастать такими пустяками. Гораздо сложнее, когда…
Кто мы? Мы или Я? Нас миллиарды, нет, нас неизмеримо больше, нас – неисчислимое количество. И всё же мы едины, мы одно целое. Так, может быть, мы всё-таки Я? Но у нас нет какого-либо управляющего центра, нет даже намёка на иерархию. У нас вообще отсутствует структура. Значит, скорее всего, каждый из нас сам по себе, индивидуальность, Я? Я или Мы? Существует ли система связи между нами, наличествует ли коммуникация? Возможно, ответ на этот вопрос помог бы решить и главную проблему: Мы или Я? Взаимодействие существует, бесспорно. Но всякое ли взаимодействие можно назвать коммуникацией? Как отличить одно от другого? Вопросы, вопросы… Я уверен лишь в… Мы уверены… Лишь одно можно утверждать с определённостью: мы все или просто Мы – подчинены Силам. Всё наше существование, все устремления, передвижения и изменения – всё определяется Силами. Всемогущими и вездесущими. Вот так. Да. Это можно утверждать с уверенностью…
