«У тебя красные глаза, да и вообще, ты выглядишь на миллион… собачьих какашек», – сделал мне комплимент знакомый бармен из ночного клуба. И я ничего не ответил, потому что он, скорее всего, прав. Зачем я только подписался? Откуда взялся на мою голову этот гламурный педик?
– Вы же детектив, сыщик. Это ваша профессия. Для вас такое дело вообще пара пустяков.
Посетитель был весь в белом – батистовая рубашка, лёгкие брюки свободного покроя, белые кожаные сандалии. Золотистые кудряшки на голове, пухленькие губки, греческий нос. На таких, наверное, бабы гроздьями вешаются. Да и не только бабы. Просто эталон чувственности. Но он не выглядел слащавым, как некоторые эпатажные звёзды. Нет, он был именно сладкий, такой сладкий, что хотелось попробовать на вкус. Я отогнал неизвестно откуда появившиеся неправильные мысли.
– Будете кофе? – спросил я.
– Спасибо, давайте вернёмся к делу. Почему вы не хотите искать мою сестру?
Я показал ему гору папок на столе.
– Вот, за половину дел я ещё не брался. У меня аврал и цейтнот.
– Ну, если не брались, значит, могут ещё полежать. Я не просто так обратился к вам.
– Поймите, у вас дело неотложное, а я не могу вот так всё бросить. У всех дела неотложные.
– Давайте подойдём с другой стороны. Поговорим о вознаграждении. Может моё предложение заинтересует всё же вас?
Да я напишу в чеке такую сумму, что у него лопнет селезёнка от количества нолей. Сначала думал взять с него по тарифу. Но теперь оторвусь по полной. Никто его за язык не тянул. Я точно не тянул. А если обманет, пришлю к нему людей, которые исполосуют симпатичную мордашку и сделают из него Квазимодо.
– Давайте так – вы тратите на поиски трое суток.
– Сколько? Вы с ума сошли!
– Трое суток. И в случае успеха я выдам вам чек на предъявителя. А вы сами впишете сумму. Любую.
– Очень смешно. А в случае неуспеха?
– Такого ещё ни разу не было. Но, если вас это беспокоит, я заплачу вам, ну, например, сто тысяч.
– Рублей?
– Не принципиально. Валюту выберите сами. Но, поверьте, вы справитесь. В прошлом году сестру искал продавец мороженного, и ему понадобилось всего пара часов. И это в Нью-Йорке. А там людей побольше, чем в вашем городе.
Третьи сутки закончатся через три часа, а у меня ничего нет. Ничегошеньки. Дырка от рогалика, или как там правильно? Это точно диверсия конкурентов. Пока я рыскаю по городу в поисках Любви, заметьте, не Любови, а именно Любви… Какие, всё таки, попадаются странные люди…
– Её зовут Любовь. Любовь Купидоновна Эротова.
– Какое благозвучное сочетание букв, – пошутил я.
– Да, такие имена – семейная традиция. Меня, например, зовут Амур.
– Судя по отчеству, не в честь реки.
– Не в честь. Но это ещё не всё. Её имя совсем не Любовь, в смысле Люба. Её имя – Любовь, в смысле – любовь, со всеми вытекающими из этого падежами и склонениями. Я доступно объяснил?
– Да, то есть нет, то есть не совсем. Короче, я не понял разницы, но суть уловил. Любой её звать не нужно, правильно?
Амур Купидонович согласно кивнул.
На вопрос, что я здесь ищу, отвечал – Любовь. Звучало романтично, на меня смотрели как на придурка, и меня это устраивало. Придуркам везёт, их не боятся и ни в чём не подозревают. Так легче работать.
Гугл посмеялся надо мной, когда я ввёл в поиск имя пропавшей. В базе данных тоже ничего не нашёл. Друзья из милиции решили, что я их разыгрываю.
Где я её только не искал – в библиотеках, в музеях, в кинотеатрах и театрах, шастал по аллеям парков, заглядывая в лица гуляющих и сидящих на скамейках девушек. Потом катался по ночным заведениям и вокзалам. Ума не приложу, где ещё её можно искать. Вот! Я ещё в зоопарке не был! Точно!
– Никакого криминала, это просто причуда. Ей всё надоедает, и она уходит, не предупредив, ни слова не сказав. А мы потом ищем её. Такое случается раз в год. Осенью. Осень вообще пора обострений. Не подумайте ничего, она не больная. Осенью обострения случаются у всех – увядание природы, дожди, переходный период, вызывающий у людей кризис.
– И надолго уходит?
– Мы даём ей недельку, пусть отдохнёт, а потом начинаем искать. Она так увлекается, что может забыть обо всём на свете.
– Мужчины?
– Нет, что вы? От этого она как раз и отдыхает.
– Она что… как бы это поделикатнее?
– Нет, конечно. Долго объяснять… Она в это время предпочитает тишину и покой. И одиночество.
– Хорошо. У вас есть её фото?
Златокудрый Амур ехидно так ухмыльнулся.
– Есть, но оно вряд ли вам поможет. Скорее, наоборот.
– Это как?
– Вот так.
– А как же я её буду искать без фото?
– Ну, если вы настаиваете, – он положил передо мной фотографию. Откуда он её достал, я так и не понял.
С этой фотографией совсем что-то непонятное. Кому я только не показывал её. Некоторые пожимали плечами и отвечали, что не знают и никогда не видели. Это понятно. Но другие…
– Да это же Светка! Я с ней в одной группе учился. Она потом замуж вышла за одного урода и уехала в Германию.
– Ой, так похожа на одну знакомую, но я её сто лет не видел.
– Слушайте, это же Ким Бессинджер! Неужели не видно? Меня что, на скрытую камеру снимают?
– Это сестра друга моего одного. Точно она! А зачем вы её ищете?
