В сознание я возвращался по частям. Сначала на фоне красного тумана проплыли цифры главного монитора, отображающие текущую статистику. Потом медленно, как при фотопечати, прорисовался общий план пространства вокруг Периметра. И только пару секунд спустя я почувствовал ощущение неслабой боли в голове.
В сознание я возвращался по частям. Сначала на фоне красного тумана проплыли цифры главного монитора, отображающие текущую статистику. Потом медленно, как при фотопечати, прорисовался общий план пространства вокруг Периметра.
И только пару секунд спустя я почувствовал ощущение неслабой боли в голове.
Казалось, в моей черепной коробке активно трудились гномы-гастарбайтеры, вооруженные маленькими отбойными молоточками. Работали гномы усердно, словно их постоянно подгонял прораб-матершинник.
- Эй, ты как там? Живой?
А вот и голоса. Дождались губы поцелуя. Я попробовал кивнуть, о чем тут же пожалел - внутри головы застучало еще сильнее. Ощупал затылок - ага, имеет место быть некоторое изменение формы черепа, именуемое в народе шишкой.
Качественно врезали. Тяжелым тупым предметом, как пишут в протоколах.
- Ну? Не молчи.
Голос был женский и звучал откуда-то сзади. "Итак, дети, тема нашего занятия - слуховые галлюцинации".
Чего-чего, а женского голоса тут быть явно не могло. Периметр все-таки не парк имени Горького.
Я закрыл глаза, выдержал паузу, открыл. Гимнастика для тех, кто "после вчера". Картинка в мониторах явно нуждалась в улучшении; прыгала, размазывалась, как экранная копия пиратского фильма. С цветопередачей тоже было неважно.
Плохо дело.
Всё плохо. И что голова раскалывается, и что не помню, кто и когда меня приложил?
Кто, кто, усмехнулся внутренний голос. Гость в пальто.
Да, похоже. Те самые Гости, которые хуже татарина, согласно известной поговорке. А так как вспышек памяти не наблюдается, примем эту версию за основу. За неимением других вариантов.
Хотя... Не бьют Гости сзади кастетом или чем там еще, не по их это правилам. А они чертовски правильные сукины дети. Привычками противника пренебрегать нельзя.
Впрочем, доверяться этим самым привычкам тоже не стоит.
Я размял пальцы, сделал несколько движений а-ля "пловец баттерфляем" - максимально плавно, что бы не злить "гномов". Снова посмотрел на главный монитор.
С Рамкой было все в порядке.
Рамка, вот что важно. А шишка заживет. До свадьбы и прочих существенных событий.
Лишь бы Гости снова не заявились. Сейчас я не боец, сделают как младенца. Хоть табличку вешай - "Рамка закрыта на санитарный день".
Помечтай, ага. Звонить в домофоны эти парни не приучены, так что следует готовиться к горячей, но недружественной встрече.
- Ты меня слышишь, нет?
Женский голос, повторявший не слишком оригинальные вопросы, звучал все громче. Не пора ли внести ясность, поручик?
Я медленно обернулся, не забывая периферийным зрением контролировать Периметр.
Да. Пожалуй, от версии потустороннего происхождения голоса придется отказаться.
Она стояла шагах в пяти, совсем рядом с Рамкой. Стройная, высокая блондинка с короткой стрижкой. Даже слишком высокая. Длинная - так будет точней.
Жаль, что я не алкоголик. Тогда было бы простое объяснение, белочка-горячечка, время переодеваться в рубашку с рукавами не по росту.
- Ты кто такая?
- Ну, наконец-то, - сказала она. - Как голова?
Спасибо, тетя доктор. Трогательная забота о моем самочувствии, ничего не скажешь. Так, надо собраться с мыслями.
Хорошее, кстати, выражение. Собраться с мыслями, давно не виделись. Посидеть, поговорить.
Шутки шутками, но мне было не по себе.
Конечно, она не Гость.
Во-первых, девушка. Девушки не бывают Гостями, Гости не бывают девушками. Аксиома.
Во-вторых, не будут Гости просто так разгуливать рядом с Рамкой. Обмануть дефов, прорваться сквозь внешний контур - это запросто. А эта добрая душа так настойчиво волнуется за мое здоровье, что хочется спросить, как в старом анекдоте: "доктор, я буду играть на фортепьяно?"
И дефом она быть не может. Все по тем же причинам.
- Нормально голова, - не вполне искренне сказал я. - Соответствует стандартам и типовым нормам. Повторяю вопрос - кто ты и откуда нарисовалась, потеря для баскетбола?
Девушка молчала. Обиделась на "потерю", наверное. А не надо обижаться. Ну, длинная, ну и что? У всех свои недостатки. Я вот матерюсь часто.
Я думал о всякой ерунде и весь этот нелепый поток сознания, рождающийся в ушибленной головушке, защищал меня от очень простой мысли. Простой и понятной.
Шишка на голове, незнакомка сзади. С таким ростом даже подпрыгивать не пришлось бы на мои метр девяносто.
Как там Пятачок говорил? Интересно, что это бумкнуло, и откуда взялась эта короткостриженная блондинка. Хотя про блондинку он не говорил. Он шарик искал. Подарок для осла.
- Так, ладно. Про себя мы говорить не хотим, - сказал я с интонацией следователя из дешевого декектива. - Тогда, может быть, ты скажешь, кто меня по голове навернул?
- Скажу, - просто сказала она. - Это я тебя ударила. Стражник, ты что, ничего не помнишь?
Какой еще Стражник?
Черт. Прораб-матерщинник в голове выругался особо витиевато. Кажется, Пятачок нашел свой шарик.
Память возвращалась толчками - так выливается вино из резко опрокинутой бутылки.
