На следующий день я получил письмо. На нем был штемпель от 5 ноября 1993 года, за два дня до сна Карен. Я получил его седьмого. На конверте был написан обратный адрес Карен, а само письмо было написано карандашом на бумаге, вырванной из блокнота на спирали.
Я не стал сразу звонить Карен по поводу письма. Я подождал пару дней, обдумывая свои шаги, которые предприму, чтобы коснуться его. «Не станет ли это последней каплей? Она каждый день на грани самоубийства. Не сломит ее, сможет ли она с этим жить? Сколько их еще помимо Клэр?» Сотни вопросов витали у меня в голове, но их следовало отложить. Мне надо было сосредоточиться на Карен: ее реакции, вопросах, действиях и безопасности.
Я к тому моменту накопил материал по синдрому множественной личности: статьи, монографии, учебники и тезисы конференций. Я отвел для этого заболевания отдельную книжную полку. Одной из самых цитируемых книг была «Диагностика и лечение синдрома множественной личности», написанной Фрэнком Патнэмом. В ней он отмечал, что сексуальное насилие в детстве, особенно сопровождаемое неописуемым садизмом, изнасилованием различными предметами, связыванием, нанесением порезов и ожогов, а также участие в «Черных мессах» являлось наиболее распространенной причиной расстройства. Это подходило под случай Карен.
Суицидальные наклонности и нанесение порезов также описывались как общая черта синдрома множественной личности, включая головные боли, обмороки и признаки истерии: оцепенение, глухота, и, если вернуться к Карен, ощущение боли в тех местах ее ног, за которые ее связывали и по которым били. Существует общее мнение среди всех авторов, описывавших случаи и симптоматику расстройства. Патнэм также отмечал, что не все пациенты с данным заболеванием с готовностью раскрывают симптомы, опасаясь, что на них навесят ярлык «сумасшедший», но альтернативные личности могут проявиться иными способами, например, через письмо к психотерапевту. Он также добавлял, что важно не скрывать что бы то ни было от одной личности по просьбе другой. А письмо Клэр относилось к числу таких секретов.
Когда Карен пришла на следующий сеанс, я держал письмо наготове. Я решил показать ей письмо в начале нашей беседы, чтобы у нас было как можно больше времени для его анализа.
- Я обдумывал наш разговор, когда Вы мне рассказали о голосах, звучавших в Вашей голове, - начал я. - Особенно ночью перед сном. Я также думал о сне, в котором разные люди находились в моем кабинете вместе с Вами. Мне казалось, что в этом могла крыться некая более глубинная причина, чем мы предполагали.
Я пытался перейти к обсуждению ее письма как можно осторожнее, но Карен начала понимать, что что-то было не совсем обычным. Казалось, она начала чувствовать себя неуютно и предчувствовала недоброе, но я продолжил.
- Я получил письмо, которое хотел бы показать Вам. - Карен застыла и выглядела напряженной. - Думаю, нам стоит об этом поговорить.
Последние слова я произнес спокойно и передал ей письмо и конверт. Карен прочитала письмо и пробежалась по обратному адресу. Она побледнела, по ее лицу было видно, что к ее горлу подступила тошнота. По ее виду можно было подумать, что она вот-вот упадет в обморок.
- Это письмо может стать подсказкой к тому, что Вас все это время беспокоило, - я пытался убедить ее, что хочу понять это письмо вместе с ней. - Я некоторое время полагал, что Вы можете страдать от так называемого синдрома множественной личности.
Раз уж я это произнес, то с этого момента мне надо было говорить четко и недвусмысленно.
- Учитывая Ваши эпизоды «потери времени» и данное письмо, поскольку по Вашему выражению лица я могу судить, что Вы не помните, что писали его, я думаю, что это единственное объяснение.
Так, теперь мне надо замолчать и ждать реакции Карен.
Она дрожала, поглядывая на дверь, и, казалось, была готова в любой момент сбежать. Ее лицо было белым. На моих глазах она пережила целый спектр эмоций: от непонимания до ужаса и принятия. Постепенно она отходила от шока, и ее панический настрой вместе с отвращением уступили место грусти и смирению.
- Я не была к этому готова, - произнесла она в итоге.
- Я не знал, как Вас к этому подготовить, - сказал я. - Мне показалось, что письмо было настоящим признаком того, что какая-то часть Вас хотела поделиться этим.
- Я понимаю, - произнесла Карен. Я сидел и ждал.
- Я привыкла считать эти голоса своими выдуманными друзьями, - она замолчала и дальше говорила тише. - Иногда мне кажется, что я сама себе не важна.
Я не совсем понял, что она имела в виду.
