После грандиозного финального залпа зрители стали расходиться. Никто не заметил Ферн и Эмброуза за дорожками для бега и воротами. Когда все разошлись и дымка в небе рассеялась, воздух наполнился ночными звуками: стрекотали сверчки, ветер мягко шелестел в кронах деревьев, росших по краю поля. Ферн и Эмброуз лежали неподвижно, не желая нарушать тишину. Им нравилось думать, что мир вокруг них замер.
– Ты красивый, – тихо сказала Ферн, повернувшись к нему.
Секунду он молчал, но не отстранился, не застонал и не стал с ней спорить.
– Думаю, эти слова больше подходят тебе, чем мне, – наконец сказал он, тоже поворачиваясь к ней.
Лицо Ферн было залито лунным светом: темные озера глаз, маленький нос, чувственные губы, приподнятые брови – она не совсем поняла, о чем он.
– Знаешь, говорят, красота в глазах смотрящего? – продолжил Эмброуз.
– Ага.
– Я всегда думал, это означает, что у всех разные вкусы, предпочтения… понимаешь? Одни парни смотрят на женские ноги, другие предпочитают блондинок, третьим нравятся девушки с длинными волосами, и все в таком духе. Я никогда особенно об этом не задумывался до твоих слов. Может быть, ты видишь во мне красоту, потому что сама прекрасна?
– Внутренне?
– Да.
Ферн помолчала, думая над его словами, а потом прошептала:
– Я понимаю, что ты имеешь в виду… и мне приятно. Но мне было бы намного приятней, если бы ты – хоть раз – счел меня красивой и внешне.
Эмброуз усмехнулся, но тут же посерьезнел. Кажется, она не шутит и не флиртует. Черт. Снова этот синдром дурнушки. Он не знал, как заставить ее поверить в то, что она больше чем просто красива, поэтому поцеловал ее – осторожно, не так, как той ночью, когда случайно толкнул к стене. Пусть Ферн почувствует его нежность. Эмброуз почти сразу же отстранился, не позволяя себе потерять голову. Он тихо восхищался Ферн, а не норовил сорвать с нее одежду. К тому же не до конца понимал, жаждет ли она поцелуя или просто отвечает на него из жалости. От этой мысли ему стало горько.
Ферн раздраженно вздохнула и села, проводя рукой по волосам. Они скользнули сквозь пальцы и упали ей на спину. Эмброузу захотелось зарыться лицом в эти локоны и вдохнуть их запах, но, кажется, он ее чем-то обидел.
– Прости, Ферн.
– За что? – сорвалась она, уставившись на него с такой злостью, что он поморщился. – Почему ты извиняешься?
– Ты расстроилась.
– Меня бесит, что ты отстранился! Раздражает твоя осторожность!
Немного удивленный, Эмброуз тут же улыбнулся: ему понравилось то, что он услышал, но улыбка померкла, когда он начал объясняться:
– Ты такая маленькая, Ферн. Хрупкая. Все это для тебя непривычно. Я не хочу показаться слишком настойчивым, не хочу сделать тебе больно. – Это страшнее, чем просто от нее уйти. Он не пережил бы. Он потерял слишком многих.
Ферн села перед ним на колени, у нее дрожал подбородок. Она взяла его лицо обеими руками, и когда он попытался увернуться, не отпустила, заставляя посмотреть себе в глаза.
– Эмброуз! Я всю жизнь ждала того момента, когда ты меня захочешь. Если ты будешь обнимать меня так робко – это хуже, чем если бы ты совсем меня не обнимал. Уж будь добр убеди меня в своей искренности.
– Я боюсь сделать тебе больно, – хрипло повторил он.
– Тогда не делай, – прошептала она.
Боль можно причинить разными способами. Эмброуз это знал, но оставил попытки увернуться и поплыл по течению. Он давно никому не позволял к себе прикасаться. Маленькие руки Ферн пробуждали в нем бурные чувства. Она заставляла его дрожать, все внутри него завибрировало, как воздух перед грозой. Ее руки переместились на его шею – с одной стороны гладкую, а с другой испещренную шрамами. Она не отдернула пальцев, но провела ими по каждому, будто запоминая, а потом наклонилась и поцеловала подбородок. Затем снова – уже с другой стороны, давая понять, что в этих поцелуях нет жалости, только желание. Эмброуз поддался ее ласке, теряя над собой контроль.
Ферн легла на спину, Эмброуз склонился над ней и провел ладонью по лицу. Его губы не встретили сопротивления – он просто потребовал поцелуя, и она ответила, раскрываясь перед ним, отдавая в его власть свое тело. Эмброуз почувствовал, как ее руки скользнули под его футболку, пальцы коснулись спины – и у него перехватило дыхание. На мгновение он прервал поцелуй, закрыв глаза, вдохнув сладкий запах ее шеи. Ферн возбужденно дышала и, казалось, тоже теряла контроль. Нежно, почти по-матерински, она поцеловала его голову, водя по ней руками. Очередная попытка совладать с собой провалилась: Эмброуз накрыл рукой ее грудь, лаская большим пальцем скрытое от глаз. Ему хотелось стянуть с нее блузку.
Но Ферн никто больше не целовал, и, прежде чем зайти дальше, он хотел подарить ей еще больше поцелуев: она их заслуживала. С сожалением он опустил руку и обнял ее за талию. Ферн выгнулась под ним, протестуя, и вздохнула так, что кровь у него закипела, а сердце бешено заколотилось. Ее губы, нежные, ищущие, вновь встретились с его губами, и Эмброуз Янг понял, что влюбился в Ферн Тейлор.
– Смотрите, кто пришел! – крикнул Бейли, въезжая в магазин.
