И, видимо поняв мою неуверенность, заговорил Исикава:
— Это называется коллировать, молодой человек, — добродушно усмехнулся он. — И сейчас первый круг торговли.
— Спасибо, — все так же неуверенно ответил я.
Усмешки появились уже не только на лице Исикавы.
В итоге, когда наконец открыли первые три карты, ставки выросли до двухсот двадцати тысяч. Я так и не сбросил, а банк насчитывал почти два миллиона. Кста-а-ати. Чуть не забыл. Из всех игроков за нашим столом лишь у меня были «жалкие» десять миллионов, у остальных — от двадцати до пятидесяти.
На столе красовались десятка, двойка и пятерка. Да уж, ни туда и ни сюда.
— О, отличный флоп. — Что? А, точно, флоп. Первые три карты — флоп. — Накину, пожалуй, еще… двадцать.
— Колл.
И так далее. Я скинул после пятой карты, продув в итоге двести девяносто тысяч. Максимальной ставкой оказались триста пятьдесят тысяч, а весь банк — три ляма сто тысяч. И ушли они мужику с печаткой, которому выпали две пятерки и две дамы. Как подумаю, сколько всего я мог бы купить на три миллиона рублей, так сразу классовая ненависть просыпается. А может, зависть?
В следующий час я в основном скидывал карты, время от времени проигрывая «мелочовку» и коллируя, а то и повышая ставки, только с более-менее хорошими картами. Получалось, что, проиграв раз пять по пятьдесят — шестьдесят тысяч, я брал банк с тремястами-пятьюстами. Один раз решил рискнуть и проиграл полтора миллиона, сидя с очень хорошими картами, между прочим. В итоге через час игры имел на руках восемь восемьсот. А на некоторых столах к тому времени уже были пустующие кресла.
Так, что тут у нас… о, два валета! Круто. И мой ход.
— Коллирую.
Первый круг торговли завершился на отметке в пятьдесят тысяч и пятьсот в банке. На стол выложили флоп — две четверки, дама. Две пары. Не супер, конечно, но кое-что.
На втором круге первые двое игроков чекнули — то есть оставили как есть, не повышая ставку. Следующий игрок накинул двадцатку, а тип с платком довел ставку до пятидесяти. Моя очередь.
— Пятьдесят и еще сотня сверху. — А что? Шансы у меня неплохи.
Следующим был толстячок Сога:
— Хм. Коллирую.
— Колл, — пошевелился Белый Костюм.
Потерев рукой темные очки, следующий игрок сбросил карты. За ним сидел Исикава:
— Действительно, хм. Ладно, пусть будет ко… нет, пусть будет рейз.
Плюс сто сверху. Плохо дело, пока еще можно поддержать, но, похоже, сейчас пойдет повышение. Успел я на этих аристократов насмотреться.
— Двести пятьдесят, — сказал одноглазый, из-за челки, мужчина.
— Триста.
Шел бы ты на своих кораблях плавать.
— Колл, — блеснула очередной раз печатка.
— Колл.
— Четыреста.
Ух, как все паршиво. Засунь-ка ты себе свой платок… сам знаешь куда.
— Колл.
Это опять я. Будем надеяться, что мужики блефуют.
— Пятьсот.
Чтоб вас. У тебя там что, вместо пуза бабло заныкано?
— Колл.
Отлично.
Этот круг закончился ставкой пятьсот пятьдесят и банком в почти пять с половиной миллионов. Следующий круг, и на стол ложится валет. Три плюс два — фулл-хаус! Именно ему я проиграл свои полтора ляма, сидя при этом со стритом. И был этому весьма удивлен, я-то думал, стрит выше, а оно вон как оказалось.
На третьем круге Сога, белокостюмник, Исикава и Печатка скинули карты, и нас осталось пятеро. Ставка поднялась еще на шестьсот тысяч, и я с интересом ждал пятую карту. Вдруг еще один валет? Хотя так не бывает. Туз. Эх, жаль. Ну да ладно.
И вот он, четвертый круг торговли. Как я успел выяснить, называется ривер. В банке — восемь с половиной миллионов, и пошли первые ставки. Сто, триста, пятьсот — это я. Колл, колл, колл… Два миллиона! Вот урод, что ж у него за карты? Да плевать, играем!
— Все. Ва-банк. Ну или как там это называется?
— Олл-ин, молодой человек.
— Спасибо, Исикава-сан.
— Не за что, парень, не за что.
Трое скидывают карты, и вот мы остаемся один на один с мужчиной разведывательной наружности и его белым платком.
— Поддерживаю. — То есть плюс семь семьсот.
— Раскрываемся, господа.
Одновременно переворачиваем карты и смотрим, кто выиграл. У моего оппонента оказываются четверка и дама. Фулл-хаус. Три четверки, две дамы.
— Поздравляю, юноша, — проскрипел мужчина. Понятно теперь, почему он помалкивал с таким голосом в разведку не берут. — Даже сказать нечего. Просто не повезло.
— Спасибо…мм…
— Хех, Цугару Аото.
— Благодарю, Цугару-сан. Вы меня под конец действительно напугали. Думал, все — привет, барная стойка.
— Хо-о-ох, вот и я так же подумал…
