Через два часа Верочка выставляет в социальной сети свои фото, сделанные Даниелем в фетиш-отеле: Вера в откровенных садо-мазохистских девайсах, похожа на дорогую классную проститутку. Даниель улыбается её смелости и прекрасно понимает, зачем она это сделала. Это вызов! Вызов обществу, которое считает её примерной, нормальной среднестатистической женщиной. Она заразилась от Даниеля болезнью свободы и полного расп. здяйства.
Начинают писать комментарии её знакомые и друзья. Даниель читает некоторые с интересом. Да, эта девушка и то, что происходит в её душе, всё-таки его интересует.
Комментарии подруг Веры:
– Любимая, это ты у меня в каком театре??? («В Моём Театре», – хочется подписать Даниелю.)
– Ненаглядная, ты не перестаёшь меня удивлять! («Да, она вас ещё не так удивит», – думает он.)
Это фотошоп? («Нет, дорогие, это жизнь».)
Офигенно круто! («Да, мне тоже понравилось!») Всё комментирует в душе Даниель. Ему стали регулярно поступать письма от лучшей подруги Веры – Кати. Катя посчитала нужным сливать информацию о том, что происходит в душе Веры, Даниелю. Даниель от этого не отказывался, потому что был любопытен, да и заняться чужой головой сейчас было приятнее, чем собственной.
Вера:
– Он мне очень, очень нравится… Вообще с ума схожу от него… Знаешь, он пукает, блюёт… А меня это вообще не раздражает… Я даже могу пить из его кружки! Ты могла это когда-то представить?
Катя:
– Я и сейчас не могу представить! Ты даже из моего стакана не пьёшь!
– Катька, да я люблю его, правда, очень-очень!!! Я даже баб его приняла, потому что хочу, чтоб ему было хорошо!
Вера снова была у него. Он, как обычно, любовался ею и сидел напротив неё, разглядывая её рот, губы, глаза, грудь. «У неё всё-таки интересное лицо», – думал он, пока она говорила ему о своих чувствах, эмоциях.
Потом он случайно подслушал разговор Веры с подружками по телефону. Они спрашивали: «Ну что, как твоя любовь? Ты приехала к нему?» – «Да, приехала», – отвечала Вера. «Он, наверное, секс-марафон тебе устроил?» Она: «Да какой там секс-марафон, он то книжки свои пишет, то корабли покупает, то вещи его стирать надо, то комп у него ломается, то сайты надо делать, да и вообще он только всё смотрит и смотрит на меня…» В общем, жаловалась Вера на него по полной. Они её дальше, видимо, спросили: «А почему ты за ним тогда бегаешь, взрослая тётя же? На фиг он тебе нужен такой, бедный писатель?» Она ответила: «Ну люблю я его, вот и всё».
Даниель потупился и закурил. Он не знал, что чувствует, подслушав это.
Просто было интересно, как будто и не о нём шёл разговор. Потом Вера написала ему очередной стих:
Я губами тебя ласкаю… Словно выпить до дна пытаюсь… Позабыв обо всём на свете, Я в глазах твоих растворяюсь… Твоего тела дрожь ощущаю Я, к рукам твоим прикасаясь… И, как льдинка под солнцем, таю… И дыханьем твоим обжигаюсь… На мгновенье затихну штилем, Чтобы штормом к тебе вернуться… Страсть клубится бездной под килем… Я хочу в ней с тобой захлебнуться… Миг… и снова в тебе растворяюсь, Отступить заставляя Вечность… Я желаньям твоим покоряюсь… И мы мчимся с тобой в Бесконечность… Я шепчу слова тебе тихо, Знаю, будешь ты им улыбаться…
Каждый день в тебя буду влюбляться. Каждый миг мне с тобою лихо. Ты смеёшься, я падаю в небо. Я люблю тебя, слышишь… Слышишь?! Ты танцуешь… и всё нелепо… Умираю, пока ты… дышишь!
Даниелю понравилось, и он ей ответил тоже творением:
Снег на ресницах… Оттепель в сердце. И мне от тебя никуда не деться. Дрожит твоё сердце… Губёшки упруго… Мне хочется быть с тобой чуточку грубым. Мне нравится боль причинения ада, Твой слёзный катарсис, как время расплаты. Сам умираю, беря твоё тело… Я становлюсь тем, кем и не смел я. В конвульсиях ада бьётся эротика… Я – мальчик-истерик, твоя лишь экзотика. Я детка и деспот, и злостный кобель, И мальчик-художник, бродяга и хмель… Ты ж – Женщина просто… красивая очень. Любви вечно ищешь. Но веришь лишь Ночи…
Даниель готовит Вере ужин, не думая ни о чём, просто перебирает красивые фрукты, улыбается сам себе. Вера пишет: «Спи, не готовь… Где-нибудь поедим. Сейчас поеду на метро опять кататься… На машине пробки везде». – «Мне интересно, я и готовлю, я не часто так развлекаюсь, успею поспать, время есть». – «Но зато как… И пусть, что редко». – «Да ладно, Вера. Я знаю, что плохо готовлю. Всё страшное получается, некрасивое… Не в этом суть. У меня, видишь, свои игры, с самим собой: писать, корабли покупать, готовить иногда, сочинять мечты, с людьми общаться временами. Так что я псих, который сам с собой живёт как с другом! Я даже пою и танцую один!»– «Ты прикольный псих. Любимый». – «Спасибо, Вера».
У Даниеля есть любимый фильм – «История О». Он попросил Веру его посмотреть. Вера далека от всех этих авангардных поисков. Но фильм вроде ей понравился. Необычностью своею. Даниель стал звать Веру Планетой О за её какую-то необычность, трогательность, сентиментальность, истеричность, искренность и набор качеств, не открывавшихся раньше перед Даниелем. Вера стала каким-то даже Открытием для Даниеля. Планета О!
Планета О
