Сперва журналист каждую свою статью завершал пламенным призывом считать опубликованное официальным обращением в прокуратуру. Потом редактор газеты, с ужасом наблюдавший, как его родное издание превращается в сборник доносов, вмешался с продиктованной инстинктом самосохранения осторожностью, и обращения исчезли. Что, впрочем, на результат не повлияло, потому что прокуратура неизменно была в курсе и ждала лишь освящённой свободой слова легализации собранных агентурных сведений и данных прослушки.
— Так ты поговори с ним, — заключил Старик, прикрывая глаза и откидываясь в кресле. — Может, ему интересно будет. Чтобы сейчас, в наше уже время, такие штуки проделывались… В философском плане очень интересная тема. Психологическая, я бы сказал…
Когда Игорь был в дверях, Старик остановил его.
— Я ещё хотел спросить, Игорек… Я что-то беспокоюсь. Как там у нашего исполняющего обязанности дела обстоят? Не наляпал ли чего по неопытности?… Тревожно мне за него. Да и не звонили от него давненько.
— Каждый день звонят, — сообщил Игорь. — Сегодня с утра тоже.
— А почему не докладываешь?
— Вы же распорядились — без дела не беспокоить. Я сегодня спросил — по какому вопросу, дескать, тревожите, так там помолчали и трубку бросили.
— Нехорошо, — оценил ситуацию Старик. — Это ты не подумал, Игорь. Как же так можно? Звонит будущий президент России, а ты спрашиваешь — что надо… Грубо… Ты так больше никогда не поступай. Когда ещё раз позвонит — извинись за своё поведение и сразу соедини. А пока дай мне прессу осмотреть.
Газеты Старик, за слабостью глаз, не читал лет пять, и под прессой понимались распечатки из Интернета, поскольку при этом шрифт можно было увеличивать до необходимого размера. Список ключевых слов, поиском по которым занимался специальный человек, ежевечерне корректировался. Так было и сегодня. Пролистав толстую кипу листов бумаги, Старик удовлетворённо кивнул, проверил перо, около ключей «Восточная Группа» и «Инфокар» поставил жирные минусы, задержался на секунду у фамилии «Кондратов», но потом в списке оставил, подумал, потянулся к записной книжке, сверился, вписал дополнительно какое-то длинное буквосочетание и нажал кнопку звонка.
— Список на завтра, — сказал он вошедшему Игорю. — Фамилию, последнюю, надо бы проверить. Свяжись-ка, мил человек, с Институтом Ближнего Востока, или как он там сейчас называется — пусть уточнят правописание. И дадут английскую транскрипцию. Да… Я там «Инфокар» вычеркнул, впиши его пока обратно. Вдруг твоего приятеля эта философская темка заинтересует… Я бы тогда почитал…
