Боссе выглядел неприятно удивленным, когда Мина закрывала стеклянную дверь. Она старалась не замечать ни того, как он мотал головой из стороны в сторону, ни жалобного скулежа на весь коридор. Педер и Рубен уже ждали, Юлии еще не было. Рубен, конечно, все слышал, но Мина взглянула на него с такой злобой, что неуместное любопытство было пресечено на корню. Зато Педер так и сиял, махая и подмигивая Боссе.
— Да, это собака, — процедила сквозь зубы Мина. — И зовут ее Боссе. Надеюсь в скором времени от нее избавиться. Может, начнем, наконец?
— Мы ждем Юлию, — ответил Рубен.
Мина села спиной к Боссе, достала антисептик и салфетки и тщательно протерла руки. Она ежилась при одной мысли о том, как Боссе тычется мокрым носом в стекло за ее спиной и что оставляет после себя на двери. Те несколько минут, пока они сидели в тишине и ждали Юлию, Кристер и Рубен так и ерзали на своих стульях, заигрывая с собакой за дверью.
— Я вижу, Анетте полегчало, если ты здесь? — спросил Рубен, подмигивая Педеру.
Тот явно не понял намека.
— Чтоооо?
— Рубен думает, что тебе просто захотелось приключений, а Анетта — предлог, — объяснил Кристер.
— Я тебе такое говорил? — вспылил Рубен.
— Нет, но это ведь совсем не обязательно, — вздохнул Кристер. — Мы знаем тебя достаточно, чтобы читать твои мысли.
Педер запустил руку в сумку рядом со своим стулом, достал банку энергетического напитка и открыл с характерным хлопком.
— Да уж, приключений на мою долю вчера выпало достаточно… Твое здоровье! — Он повернулся к Рубену.
В этот момент в комнату вошла Юлия.
— Там собака… — начала она и осеклась под взглядом Мины. — Ну, хорошо… Начнем, пожалуй. С утра мы с Кристером посетили интернат, где наблюдался Роберт, но это ничего не дало. Мы собрались по просьбе Винсента, ему и слово.
Винсент откашлялся.
— Как вы уже знаете, один из звонивших по номеру горячей линии после пресс-конференции сообщил дату последнего убийства — третье мая. Думаю, так оно и есть. Я уже говорил, что тот, с кем мы имеем дело, являет собой тип раздвоенной личности, что-то вроде доктора Джекила и мистера Хайда. И звонил последний, то есть Хайд. Возмущенный до глубины души — а ведь эти интонации не подделать, если только ты не профессиональный актер. К тому же кичливость, которую так красноречиво продемонстрировал звонивший, хорошо согласуется с предполагаемым нарциссическим расстройством нашего преступника. То есть я убежден, что разговаривал с убийцей.
Боссе ударился головой о стекло и заскулил. Не обращая на него внимания, Мина кивнула Винсенту.
— Это был Раск? — спросил Педер.
— У нас есть записи бесед с Раском, но они очень старые, — ответила Юлия. — Голос меняется со временем, поэтому здесь трудно что-либо утверждать.
— Голос меняется — но не выбор слов, — поправил ее Винсент. — Я прослушал материалы допросов Юнаса Раска, и его манера выражаться совсем другая. Хотя монолог был тщательно продуман. Преступник читал по бумажке. Это мог сделать кто угодно, в том числе и Раск, но логические ударения, как кажется, не вполне соответствуют задумке автора текста.
Очередной удар в стекло заставил всех вздрогнуть. Скулеж перешел в холодящий кровь волчий вой при полной луне.
— Это черт знает что! — выругалась Мина и повернулась к двери.
— Боже мой, он всего-то хочет быть с нами, — заступился за Боссе Кристер и поднялся со стула.
— Только не вздумай его впускать!
Но Кристер уже открывал дверь.
Боссе влетел в комнату как пушечное ядро с развевающимся сзади поводком. Обежал вокруг стола и ткнулся в каждого мокрым носом, после чего улегся между Рубеном и Кристером. Мина вытащила еще одну влажную салфетку, хотя была здесь единственной, кто ни разу не прикоснулся к собаке.
— Чертов цирк, — пробормотала она.
— Кстати, о звонке… — осторожно продолжила Юлия. — И что, никаких намеков на то, кто он такой?
Винсент задумался.
— Нет. Очевидно, что он не хочет быть пойман — всего лишь понят. Все вы знаете, что я с самого начала придавал большое значение датам как важной части его сообщения. И оказался прав. Для него крайне важно, чтобы до нас доходила вся информация… Зачем — лично я пока не имею об этом ни малейшего понятия.
Мина старательно вникала в каждую мысль Винсента. Она уже имела некоторое представление о его позиции, но впервые выслушивала ее в этой комнате вместе со всей остальной группой. Где то, что выглядело всего лишь как предположение во время их с Винсентом совместных прогулок, обретало статус подтвержденной фактами истины. Мина вглядывалась в лица коллег. Большинство их уже не сомневались в менталисте.
— Думаю, телефоны горячей линии можно отключить, — объявила Юлия. — Она выполнила свою функцию. Остальные звонки не представляют для нас никакого интереса. Рубен? Педер? Есть что добавить? Вы уже отследили звонок? Списки мобильного трафика что-нибудь дали? Может, криминалистический анализ фоновых звуков?
— Работаем вовсю, но пока ничего конкретного. Ждем сообщений от мобильных операторов и результатов криминалистической экспертизы голоса. Работа над анализом фоновых звуков тоже идет.
