Как я и ожидал, брискет оказался настоящей бомбой. По текстуре томлёная дикобразятина очень напоминала утку конфи, но то лишь по текстуре. Вкус — нечто среднее между мраморной говядиной и олениной. То есть в мясе одновременно уживались нотки дичи и сливочного масла. При нажатии на кусочек, дикобраз буквально расходился по волокнам и сочился-сочился-сочился. Только в отличии от утки конфи не жирным жиром, а настоящим мясным соком с коллагеновыми нотками.
Кайф, короче. Сказка. Феерия вкуса и всё такое прочее.
Сам князь нас вниманием не почтил, — не уверен, что он вообще сегодня появлялся дома, — зато на огонёк заглянул Волконский-младший. Строить из себя эстетствующего сноба или кулинарного критика Игорь Игоревич не стал и тоже очень эмоционально похвалил наши харчи. Ну а ещё бы! Он ведь и чили с вечеринки «El Baion» расхваливал, а тут уже совсем другой уровень.
— Отец будет доволен, — сказал княжич. — Очень-очень доволен, — а потом попросил меня отойти с ним на пару слов.
Я сперва потерялся, потому как уже и думать забыл о нашем последнем разговоре. Зато потом как вспомнил:
— Василий Викторович, — с некоторой угрозой в голосе произнёс Волконский-младший. — Кажется, в прошлый раз вы немного ошиблись и дали мне неправильный номер телефона. Понимаете ли, мне очень нужно связаться со Станиславой Витальевной. Она спасла мне жизнь и теперь мой долг, как аристократа, поблагодарить её лично.
Ну да, ну да…
Иди обмани кого помладше, сластолюбец избалованный. Писькой думаешь, я же тебя насквозь вижу! Что ж… в ситуацию я попал, мягко говоря, сложную. Помнится, Малыгина ведь и сама просила меня не давать её контакты княжичу, а тут ещё и Агафоныч внезапно к ней воспылал. И я как хороший друг должен поспособствовать начинаниям сенсея вместо того, чтобы зарубить их на корню.
Любовный треугольник, блин! А в центре его почему-то стоит Васька Каннеллони. Стоит, ни в чём таком незаинтересованный, глазами хлопает и думает, что ему теперь делать.
С другой стороны, а чо тут думать-то? Пошли в жопу все трое! Устроили игрульки! Мне и своих забот хватает, чтобы участвовать в чём-то чужом и неловком. А сыночек Волконского, при всём уважении к его статусу, ничего мне не сделает.
— Игорь Игоревич, — сказал я как можно мягче. — Если вам так необходимо увидеться со Станиславой Витальевной, вы можете посетить её на рабочем месте, в ресторане «Корона Империи». И если девушка сама посчитает нужным дать вам номер телефона, так тому и быть. За сим откланяюсь, мне ещё плиты замывать…
Действие возымело эффект. Волконский отстал, и вроде бы даже остался без претензий.
— Ну что, ребят? — я расстегнул верхние пуговицы кителя, как бы намекая на то, что работа на сегодня закончена. — Завтра осталось по ерунде добить. Сварить яйцо и поставить тесто на багеты.
— Коржи на медовик ещё, — напомнил Мишаня.
— Точно-точно. Но всё равно, не думаю, что нам всем стоит сюда ради этого переться. Гио, ты как? Справимся вдвоём?
— Да без проблем.
На том и порешили. Из поместья Волконского мы вышли уже по темноте и сразу разъехались кто куда. Была мысль чутка посидеть вчетвером в «Дворике» и выпить по пиву, но всё-таки отмечать нам пока что было нечего. Вот отбарабаним ужин, и уж там развернёмся со спокойной душой. Чуток потерпеть осталось.
Ну а перед сном я получил свою порцию зрелищ.
Агафоныч вместе с ноутбуком переместился на палубу и вёл свой первый стрим. Барон решил не заморачиваться над тем, что сперва нужно прокачать скилы, придумать какую-то тематику для канала, разработать айдентику и так далее и тому подобное. Ярышкин ринулся покорять платформу прямо вот так. Душа нараспашку и будь что будет.
У меня аж перед глазами встала мультяшная печка, которая давится дровами, и где-то на задворках сознания прозвучал весёлый крик: «И так сойдёт!»
Счётчик зрителей застыл на цифре «0». Но то, — я уверен, — сугубо из-за тотального отсутствия хоть какой бы то ни было рекламы и обложки. Потому что на самом-то деле действо было весьма увлекательным. Чтобы порадовать старика, я стал его первым зрителем и посмотрел из каюты, почему он там так сосредоточено клацает мышкой и орёт.
Короче. Барон Ярышкин играл в командный шутер, и на практике отрабатывал тысячу и один способ угробить сопартийцев. А сопартийцы уже изучили повадки Агафоныча, и в некоторых случаях предпочитали перестраховаться. Вот как сейчас, например:
— Ребят, спокойно! — крикнул Агафоныч в общий чат. — Сейчас я сяду в танк! — побежал к танку и тут же стал жертвой дружественного огня в спину. Причём такого… кучного.
«Ну его нахер», — по всей видимости решили ребята. Если уж Ярышкин своим «пешком», при помощи ручных гранат и шестизарядного револьвера умудрялся похоронить весь свой отряд ещё до соприкосновения с противником, то что же будет, если дать ему тяжёлую технику?
— За что⁈ — орал Агафоныч. — Кто меня убил⁈ Изжога, это опять ты⁈
— Я, — шёпотом отвечал детский голосок.
Ну оно и понятно — Изжога сильно не расшумится. У него мамка с папкой поди уже спят за стенкой и надерут чадушке жопу, если тот их разбудит.
