Паника схлынет, нервишки успокоятся, и головушка прочистится от всякой необдуманности. И если я запрошу с него слишком много, то Валерий Артемьевич не сможет об этом просто так позабыть. Начнёт разбираться, копать… ляпнет что-нибудь ненужное кому-нибудь ненужному. Так что и продешевить не хочется, и наглеть мне категорически нельзя. Тут нужно затребовать такую сумму, с которой было бы не жалко расстаться коррумпированному чинуше. Чтобы оно не сильно по нему шарахнуло, мол, дело сделано, разошлись, выдохнули и забыли.
И вот что это за сумма такая? Даже примерно её себе не представляю. Что для одного непредвиденный расход, другому может к чёртовой матери всю жизнь поломать.
Так! А чего это я, собственно говоря, парюсь? Злодей тут не я! Злодей тут Пыльников! А я всего лишь восстанавливаю справедливость! Моя белость и пушистость буквально зашкаливает; меня это вполне устраивает, и пускай оно так дальше и продолжается. Совесть чище будет. А потому:
— Минутку, — сказал я. — Мне нужно сделать звонок, — и вышел из кабинета советника.
Улыбнулся секретарше, которая уже вовсю изучала знатные фамилии Корнуолла, — видать, понадеялась на командировку вместе с боссом, — отошёл подальше и набрал человеку, который как никто другой сможет оценить ущерб.
— Алло, Еремей Львович? Это Василий. Да-да, конечно, всё идёт как нельзя лучше. Но есть один момент. Скажите, пожалуйста, сколько человек вам требуется в команду для того, чтобы отчалить? СКОЛЬКО⁈
Не… ну я, конечно, предполагал, что управление теплоходом чуть сложнее езды на тандеме. Но тридцать человек⁈ Буревой перечислил мне должности, а потом мы вместе скалькулировали среднюю по рынку стоимость совокупной зарплаты такого вот коллектива за месяц. Получилось, мягко говоря, дохрена.
Затем Еремей Львович назвал сумму, необходимую на технический и косметический ремонт судна. Получилось ещё больше, чем дохрена. Затем я уже от себя прикинул во сколько по минимуму может встать оборудование кухни, склада и цеха Таранова, приплюсовал к уже имеющемуся «дохрена» и тут уж решил тормознуть.
Стоп-стоп-стоп…
Как бы ни хотелось заиметь всё и сразу, но деньги на меблировку кают придётся искать где-то в другом месте. Потому что и так уже насчитали на четыре мульта!
Для сравнения — персонал «Загородного Клуба Каннеллони» получает примерно столько же, но по итогам первого месяца работы уже можно смело заявить, что они эти бабки отбивают. А тут… вот вообще не факт.
— Спасибо, Еремей Львович, — сказал я. — Буду думать, — и ещё минут на пять залип, глядя в окошко на проезжающие мимо машины.
Уф-уф-уф…
Рисковая авантюра. Набрать кучу людей, чтобы не вывезти и уже через месяц всех уволить? Что ж… если я за это берусь, то нужно будет впрягаться по полной. Нужно выжать из теплохода максимум денег за минимум времени, и уже через две-три недели запустить старт продаж билетов на первый круиз. Имя какое-никакое у меня уже есть. Команда будет. Юношеского задора хоть отбавляй.
Смогу?
— А вот смогу, — сказал я сам себе и двинулся обратно, в кабинет Пыльникова.
Итого: с открытия «Клуба» мне уже причитается плюс-минус миллион рубликов, — это князь как инвестор пока что в минусах, а я уже вовсю начинаю стричь денюжку. Конечно, хотелось бы пустить эти дивиденды на закрытие собственных кредитов, но да ладно, подождёт. Стало быть, один у меня уже есть и осталось…
— Три миллиона, — озвучил я Валерию Артемьевичу свои условия. — Наличными. Именно такой ущерб нанесло теплоходу ваше бездарное руководство.
Захар у себя в углу от такой заявки крякнул, а вот господин советник замер с непроницаемым покерфейсом. Думал, думал, а потом ответил:
— Хорошо.
Чёрт! Не передать словами, как велик был соблазн ещё разок взломать артефакт, залезть к нему в голову и посмотреть, о чём он там сейчас думает. То ли пытается достойно смириться с тем, что отныне вся его жизнь — тлен до колен, а то ли сдерживает радость насчёт того, что легко отделался. Что ж… пожалуй, это как раз тот самый случай, когда я не хочу знать правду. В жопу! Только расстраиваться. Главное, что я своего добился. Да? Да!
— Мне понадобится полчаса, чтобы собрать деньги, — сказал Пыльников и двинулся на выход. — Ждите здесь…
— Я са-а-а-а-а-ам себе и небо, и луна! — пел Солнцев, танцуя вниз по ступеням Министерства. — Го-о-олая, довольная луна!
Кажется, этой нашей победе Яков Саныч радовался даже больше, чем я сам. Ну… а ведь понять можно… человек сделал своё дело, и теперь у человека отлегло. А вот у меня наоборот начинается самая запара. Ещё из здания минкульта я уже набрал Стасе Витальевне и попросил ещё разок воспользоваться агрегаторами по поиску работы.
