Забросив автомат на плечо, я быстрым шагом двинулся напрямик к нашей базе. Минут через десять, подойдя ближе, услышал шум работающего тракторного движка, а вскоре разглядел экскаватор, отъезжающий от усадьбы Еремеева. Еще десяток шагов, и я увидел стоящий возле ворот БТР, видимо, один из тех четырех «семидесяток», выкрашенный в какой-то современный камуфляж.
БТР стоял, наполовину скрытый за вновь отстроенным домиком охраны, башенка была развернута на правый борт, поэтому я не заметил, что боевая машина вооружена штатными КПВТ и ПКТ. Зато я услышал голоса двух людей: хорошо знакомый мне звонкий женский и совершенно незнакомый мужской баритон. Где-то внутри тотчас шевельнулись нехорошие чувства, именуемые ревностью и жаждой обладания, и, ускорив шаг, я обогнул стальную морду бронетранспортера… Евпатий Коловратий!
…«Броня» не наша! Черт, это же «восьмидесятка», – мазнув взглядом по торчавшим из башенки пулеметным стволам и открытому командирскому люку, я резко остановился, выхватывая из разгрузки ПМ. А это еще что за фрукт?..
Впереди, в каких-то пяти метрах торчал одетый в камуфляжную форму мужик, причем стоял спиной, не видя того, что происходит сзади.
Рядом с незнакомцем стояла Марина, также разодетая в хорошо подогнанный камуфляж, такой же, как и у меня «марпат», обутая в удобные по жаре кроссовки. На плече девушки висел карабин Мосина, на поясе висела открытая кобура с торчащей из нее рукояткой пистолета, красиво сидевшее на голове сомбреро завершало образ сексапильной воительницы.
– Кхм… Флиртуем на посту? – как можно строже спросил я, привлекая к себе внимание. – А если враги?
– Володя!!! – молнией бросившись вперед, Марина с визгом повисла на мне, обхватив руками за шею. Пришлось отступить на пару шагов назад, крутануться вокруг своей оси, чтобы удержаться на ногах и не уронить девушку. Карабин соскользнул с плеча, повис на руке, но Марина даже не замечала лишней тяжести. – Живой!!! Милый!!!
Услышав чужой голос, мужик в камуфляже с похвальной быстротой сделал шаг в сторону, одновременно разворачиваясь и направляя в мою сторону ствол АКСУ. Удивление и страх на его лице сменились разочарованием и досадой – не сложно догадаться, что красивые девушки не бросаются на кого попало, крича «милый» и тому подобные нежности. А уж когда Маринка без капли стеснения покрыла поцелуями мое лицо, незнакомец окончательно сник. Вздохнул, опуская автомат, принял нейтрально-непринужденную позу, как-то недобро зыркнул на башенку «восьмидесятки».
– Кто это? – спросил я в промежутке между поцелуями, махнув пистолетом в сторону камуфляжного. Услышав какое-то шевеление на броне БТРа, повернул голову и встретился взглядом с еще одним неизвестным, наполовину высунувшимся из люка мехвода: этот парень был облачен в точно такой же камуфляж, как и его коллега. Судя по мутному взгляду и заспанной физиономии, второй в прямом смысле этого слова проспал мое появление. – Марина…
– А, это… Военные из Ростова, их полковник охаживает наших Зарипова и Пономарева, уговаривает перейти на службу к ростовскому генералу, – всхлипнув, быстро-быстро затараторила моя ненаглядная. – Они сегодня утром приехали, говорят, что заключили союз с Москвой и Познанью… Володя, а где остальные?
– Скоро приедут, – ответил я, осторожно отстраняя от себя подругу. – Подожди… Кто сейчас здесь командует? Где ван Клейст?
– У нас за главного Сева Кутейкин, ван Клейст вчера уехал куда-то на полигон – в одном из его отрядов произошел мятеж, – девушка обиженно надула губки, но информацией владела. – Ой! Ты знаешь, у нас же внезапно появилась радиосвязь с пятью земными анклавами. Сева с Владом и Михаилом полдня торчат в штабе, а на коротких волнах постоянно слышна чья-то морзянка.
– Милая, давай по порядку: что за мятеж? – услыхав про мятеж, я сразу же догадался, что бельгиец уехал наводить порядок среди своих. На полигоне КМП, насколько я помнил, командовал лейтенант Ривз, который всегда ладил с Жераром. Мне почему-то не верилось, что Тони вдруг возьмет и поднимет бунт против своего патрона.
– Когда приплыли американские корабли, они сначала предъявили по радио ультиматум, а потом призвали своих соотечественников к восстанию против диктатуры и тирании. Часть наемников взбунтовалась, – рассказала Марина, глядя на меня с некоторым удивлением. – Володя, Михаил говорил, что он постоянно поддерживает связь с тобой, и ты в курсе про мятеж и все остальное.
…Ковалев, как всегда, в своем репертуаре: насочинял с три короба, чтобы не травмировать тонкую женскую психику, мысленно чертыхнулся я. А если бы мы не вернулись? Психолог, млин…
– Мы потеряли радиостанцию, – в отличие от моего бывшего напарника, я не собирался врать женщине. Уточнение: своей женщине. – Потеряли вместе с «амтрэком».
– Володя, – отступив на шаг, девушка посмотрела на меня огромными круглыми глазами, в которых читался нешуточный испуг. – Кто-то все же погиб, да? Скажи правду, не ври… как этот твой Мишка.
