Ночной город напоминал ему себя. Такой же пустой и холодный. Хотя быть может, это была только психосоматика. Хэмми нравилось его одиночество, особенность, которой его наделила судьба. Поначалу он ненавидел себя, но потом понял, что самая великая сила заключается в преодолении. Нет смысла бегать от себя, нужно принять свою суть и научиться с этим жить.
Очевидно, что девушке этого знания и не хватало.
«Почему она всё время на меня смотрит?» – подумал он, ощущая при этом дискомфорт. Погрузившись в свои мысли Мерей опять не следила за дорогой. – «Либо она глупая, либо ищет для себя проблем.»
Для бегущей от чего-то, она проявляла удивительную беспечность. Так слепо доверять незнакомцу в мире, наполненном разными опасностями, это признак саморазрушения. Инстинкт самосохранения достаточно силён у людей, а у тех, кто людьми не является это чувство возведено чуть ли не в Абсолют.
Хэмми даже не думал причинять Мерей вреда, но её безоговорочное доверие выглядело в высшей степени странно. Этот город был его охотничьими угодьями, пока она рядом с ним, никто не мог причинить ей вреда. Но двум хищникам может быть слишком тесно на одной территории.
Оставив себе мысленную заметку подумать над этим, парень крепче сжал маленькую ладошку девушки.
Собственные чувства казались Мерей спутанным клубком ниток в бабушкиной коробке. Такое непотребство проще изрезать ножницами, нежели пытаться распутать. И если нитки можно купить новые, то с чувствами так не поступишь.
Хэмми был таким уверенным и спокойным, что ему хотелось верить и следовать за ним.
«Странно всё это. Он и взаправду бесчувственная и бездушная кукла?» – задалась вопросом девушка, но тут же поспешила себя приободрить, – «Да нет! Это ошибка. Скорее всего, где-то в глубине должно быть ещё что-то.»
Было тяжело поверить в его полное бездушие, даже если фактически у него и правда, не было души. Держать лицо Мерей никогда не умела, поэтому мама всегда могла определить, когда дочь ей лжёт, а когда говорит правду. Другие же люди, могли ошибиться, но чаще угадывали. Прикусывая нижнюю губу, она и сама не замечала этого, чем и выдавала себя. Этот жест был не единственным в её арсенале, но одним из наиболее частых, при усиленном мыслительном процессе. А думала она в последнее время часто, из-за чего меж бровей залегла неглубокая морщинка.
– Госпожа, что же так выводит вас из себя? Неужто что-то произошло? – таким же без эмоциональным голосом поинтересовался он, как бы между прочим.
– Я просто устала. – бросила она, наконец вынырнув на поверхность. Порой мыслей было так много, что она невольно начинала вести диалог с самой собой. Подняв глаза, она наконец увидела конечную точку их маршрута.
В этом безмолвном путешествии, они вышли к старой гостинице, но по внешнему виду она казалась заброшенной. Ветхое здание – на первый взгляд не вызывало доверия. Обрушенные местами стены, ободранные оконные рамы, но на удивление целые стёкла, которые прямо сейчас отражали лунный свет. Они были глазами этого памятника бессмысленному и беспощадному отмыву денег. Такие здания должны реставрировать, но хозяину очевидно было плевать на состояние дома, как и мэрии города.
Хэмми не испытывая сомнения пошёл дальше, прямо к нему, а девушка остановилась. В ночи эта постройка выглядела устрашающе, и желания идти туда у неё не было, только вопросы:
«Нам точно сюда? Стоит ли мне вообще туда идти? Неужели это место ещё пригодно для использования?» – сомнение вспыхнуло внутри, подобно взрыву баллона с лаком для волос, который ради интереса школьник бросил в костёр. Такая ассоциация была связана с относительно счастливым детством, которое она всё чаще вспоминала в последнее время.
Но то, что Хэмми двигался уверенно, её немного убедило.
С другой стороны, она всегда могла вернуться к себе, но по необъяснимой причине, её влекло к этому существу. Поэтому Мерей не решилась разорвать прикосновения. Она следовала за ним, не забывая смотреть под ноги. Выгладило это так, словно её вели на плаху, но ощущалось иначе.
«Так в чем причина? Если нет желания, почему я всё ещё иду за ним?» – снова промелькнула мысль, а тем временем Хэмми, как истинный джентльмен пропустил даму вперед. И только оказавшись внутри, Мерей не смогла сдержать вздох удивления. Вопреки всем ожиданиям, её встретила далеко не стройка или разбитая временем и человеческими руками обстановка.
Это был огромный зал, красивый резной потолок изобиловал каменными завитками. Узорные колонны и плиточный пол только дополняли картину. По центру висела невероятно красивая люстра с ярким, ослепляющим глаза, светом. Стены занавешивали расшитые гобелены и украшали канделябры в виде костлявых пальцев, которые сжимали не горящие свечи.
Легкий запах затхлости, такой же как в антикварном магазине, сразу же ударил в нос. Обстановка выглядела старомодно, но это даже добавляло очарования.
Их встретил высокий молодой человек в костюме. Он был мертвенно бледен, а его чёрный костюм только подчёркивал белизну кожи и впалые чёрные глаза. Поклонившись, он произнёс:
