Господин Комри был очень серьезен. Он протянул руку.
- Мой вам совет, сожгите их, прямо сейчас. Любая попытка угрожать Его Королевскому Высочеству или членам его семьи принесет несчастье и вам, и вашим детям. Поверьте мне.
У него образ мыслей истинного законника. Ладно, она не будет настаивать. Она сохранит письма.
- Спасибо, господин Комри. Я полагаюсь на вас. Вы сразу же поедете к господину Эдаму?
- Я встречусь с ним сегодня. А пока расскажите мне, каковы ваши планы. Вы останетесь здесь?
Ее планы? У нее нет никаких планов. Ее мир рухнул. Но господину Комри нет надобности об этом знать. Пусть он занимается финансовыми вопросами, а чувства, уязвленное самолюбие, страстное желание добиться справедливости его не касаются.
- Полагаю, я уеду из города, подиву у своих друзей. - Вот теперь и проверим, подумала она, чего они стоят. Интересно, останется ли при ней хоть один льстец или они все двинутся в Фулхэм? Не пройдет и недели, как все выяснится: слухи распространяются мгновенно. Ш-ш... ш-ш... вы слыхали?.. Это правда... Его Королевское Высочество бросил ее... так ей и надо, давно пора... вот и пришел конец этой сучке.
Скатать ковры, развесить таблички: "Продается". Но никто не должен знать, как она страдает из-за того, что лишается положения, благосклонности окружающих, не говоря уже о том, что она теряет мужчину, к тому же принца. Когда подушка служила особе королевской крови, его объятия были для нее своего рода пьедесталом. Но кем бы он ни был, принце или простым смертным, совместная жизнь порождает чувства. Непостоянные, мимолетные, прочные какое это имело значение? Плоть испытывает всегда одни и те же чувства, независимо от того, сколько длится связь: три часа или три года. Три года не прошли бесследно. Ее руки знали все изгибы его тела, она знала, к чему он расположен, знала, как он ведет себя за завтраком, что может внезапно расхохотаться без всякой причины среди ночи. Она чувствовал себя раскрепощенной в минуты близости, ей была знакома гордость обладания им, когда сердце замирает при мысли: "Этот мужчина мой!" Теперь все кончено. Ее пинком выкинули из кровати, как последнего поваренка. А она вынуждена будет притворяться, смело встречать косые взгляды, беспечно пожимать плечами, говорить всем заведомую ложь: "Его Королевское Высочество по уши в долгах. (Сдобрим ложь правдой: он всегда за все платил.) Я не могу быть для него обузой, поэтому я собираюсь покинуть дом на Глочестер Плейс, распродать мебель. Потом также я поступлю с Уэйбриджем - он не может себе позволить содержать еще и тот дом. Нам обоим очень грустно, но так будет лучше. Я с детьми уеду за город, а потом, если дела пойдут неплохо, вернусь в Лондон. Бедняжка, он так загружен работой из-за этой проклятой войны, он буквально ночует в штабе. Я совсем его не вижу".
Если она будет часто повторять эту сказку, она сама скоро поверит в нее, а за ней и ее друзья и самые дорогие для нее люди - ее семья, и в первую очередь мать и Чарли. И Билл, если он вдруг скажет: "Я же говорил тебе. Я сотню раз предупреждал тебя, я знал, что это случится" - и опять предложит ей поселиться в том домике в Аксбридже - ее застенчивый и скромный Билл вновь обретет уверенность в себе. "Это все, что я могу пока тебе предложить, но позже..."
Вообще-то Билл должен узнать обо всем в последнюю очередь. Чем ближе ей человек, тем острее стыд. Она испытала огромное облегчение, услыхав, что в начале июня он отправляется в экспедицию в Буэнос-Айрес. Вот он вернется, тогда она и расскажет ему.
Дети - как быть с детьми? Мери, которой тринадцать, догадается, а Элен, ей десять, слишком любит приставать с вопросами. Пока что девочки в школе у Мей Тейлор, но они уже начали готовиться к каникулам, строили планы, засыпали ее вопросами. "Почему мы должны уехать с Глочестер Плейс?" На это она будет отвечать: "В Лондоне все слишком дорого, родная, а жизнь в деревне пойдет нам на пользу". Когда придет время, она снимет какой-нибудь дом.
Ирландия. А как насчет Ирландии и Фитцджеральдов? И отец, и сын не раз клялись ей в своей дружбе. "Если вам когда-нибудь понадобится наша помощь, скажите". Она пустила пробный шар и обнаружила, что канал св. Георгия стал непреодолимой стеной. Заявления обоих Фитцджеральдов о своей верности сопровождались всяческими отговорками: в Ирландии очень сырой климат, они уверены, что ей там не понравится, жена Джимми Фитцджеральда очень подозрительна, а Вилли много работает, жизнь сложна и так далее, но, возможно, они увидятся осенью?
