Оборотень недовольно прищурился и все же притянул меня к себе, наградив долгим поцелуем. Я даже на мгновение забыла о всех своих наполеоновских планах. Просто попала в водоворот из чувств болезненной потребности, жгучего желания и чего-то еще, намного большего. К счастью, Трей все же отстранился. Сама бы я не смогла разорвать объятья даже под страхом смерти.
– Потом отплатишь за мою покладистость, она стоит дорого, – выдохнул он и резко отвернулся, подставляя спину.
– Надеюсь у меня хватит монет, – пытаясь привести мысли в порядок, пробормотала я и постаралась сосредоточиться на насущном.
Взяла в руки мочалку и, выдавив на нее гель для душа, взбила пену.
– Не волнуйся, возьму натурой, – хмыкнул в это время несносный мужчина.
– Моя натура тоже не дешевая, – в тон ему ответила я и осторожно провела мочалкой по плечам.
Спустилась на лопатки и круговыми невесомыми движениями стала отмывать грязь и едва заметные капли крови, выступившей из поврежденной и уже зажившей кожи.
– Сойдемся один к одному, – постановил Трей, тихо выдыхая.
– Постараемся, – согласилась я.
И продолжила мыть своего мужчину. Наслаждалась каждым изгибом его накаченного тела, твердостью мышц и с каким-то обреченным фатализмом осознавала: он не понимает, что сейчас творится у меня в душе. Несмотря на всю свою браваду, мне хотелось откровенно разреветься и постоянно просить прощения. А вслед за этим начинала сжигать ярость и желание найти всех, кто причастен к произошедшему, и провести их мордами по асфальту. И я даже не сомневалась, что у меня это получится.
В общем, метало меня знатно. И если бы не накатывающие волны нежности к своему мужчине, точно бы сорвалась на поиски его обидчиков. А так, сосредоточившись на близости Трея и своих плавных поглаживающих движениях, я вошла в некое состояние транса. Сначала проводила по его коже мочалкой и вслед за этим стирала царапающие ощущения своей ладонью. А он позволял мне делать с ним все, что считаю нужным, и это окончательно рвало башню. Когда ж еще сильный мужчина, привыкший властвовать, будет всецело в моих руках, как пластилин, смягчающийся от нежных касаний и моментально затвердевающий, стоит лишь усилить хватку?
Сама не заметила, в какой момент начала его целовать. Легко и невесомо проводила губами по влажной коже. Впитывала ее жар. Чувствовала, как ускоряется сердцебиение Трея, и не могла остановиться. Рука сама нашла затвердевший член и прошлась по всей длине. Проложив дорожку из поцелуев вниз, по пути посчитала все кубики. Я опустилась на колени и с наслаждением мазнула языком по кончику, обняла его губами, услышала шумный вдох мужчины и захватила его в свое владение полностью.
Изощрялась как могла, массируя твердую плоть языком и губами, временами чуть сжимала зубами, придавая ощущениям остроты. Сама наслаждалась процессом, с удовольствием чувствуя, как орган становится напряженней. Позволяла ему проникать так глубоко, насколько это было возможно. Захлебывалась, но мне все равно было мало! Я желала почувствовать его самое сильное наслаждение, довести его до точки невозврата.
Стоило мне увеличить темп, как на затылок, собирая растрепавшиеся мокрые волосы в кулак, легла мужская рука. Теперь Трей задавал скорость моим ласкам, мне оставалось лишь подчиняться и постанывать от извращенного удовольствия. А спустя пару мгновений горло заполнила густая горячая жидкость. Глотала ее до тех пор, пока Трей сам не отстранился. В ином случае я бы его вывела на новый виток возбуждения. Мне до одурения было его мало. И ничего постыдного в желании доставить своему мужчине удовольствие я не видела, очень даже наоборот.
– Куколка моя, – то ли простонал, то ли прорычал Трей и поднял меня на ноги.
Мои чуть ноющие губы одарили нежным поцелуем, который моментально превратился в глубокий и затягивающий. Он прижал меня к прохладной стене и начал покрывать лицо и шею жалящими и ласкающими прикосновениями. Его руки исследовали мое тело, проникая в самые потаенные места, вырывая из груди стоны удовольствия.
Уделив немало внимания моим напряженным соскам, Трей сам опустился передо мной на колени. От предвкушения у меня даже дыхание перехватило. Он закинул одну мою ногу себе на плечо, прошелся губами по внутренней стороне бедра и прильнул к моему эпицентру удовольствия.
На мгновение показалось, что я разучилась дышать. Пыталась уцепиться за гладкий кафель, чтобы окончательно не потерять связь с реальностью. Но это получалось с трудом. Трей втягивал меня в себя, проникал языком и пальцами вглубь, сводил с ума своей нежностью и вынуждал кричать от острых ощущений.
В какой-то момент ноги превратились в ватные валики, скинув функцию по удерживанию тела полностью на сводящего меня с ума мужчину. Внутри все скручивалось тугими жгутами. Протяжный стон-крик, сорвавшийся на пике с моих губ, не смогла бы сдержать при всем желании. Как и прыснувшие из глаз слезы. Черт.
Подарив еще пару успокаивающих поцелуев, Трей поднялся и прижал меня к себе.