Но признаться, кроме того, что отец только что поведал, я не знала больше ничего. Однако то, что он так важничает и как бы нисходит до того, чтобы просветить меня, раздражало. В ответ на мою реплику он сверкнул глазами. Похоже, он не привык к тому, что ему прекословят, даже так, слегка. Что ж, придется ему привыкать, раз уж я здесь застряла. Но все же его сердитого взгляда было достаточно, чтобы меня впечатало в кресло.
— Убил Ричард принцев или не убивал? Этот вопрос до сих пор мучает историков и вызывает множество разногласий.
Он замолчал, ожидая моего остроумного замечания, чтобы вцепиться мне в горло. Я решила, что на этот раз лучше промолчать для собственной безопасности. Но в душе я продолжала недоумевать: ну какое отношение все это имеет к Мерцающим вратам и тем, кто способен проходить сквозь них, то есть ко мне?
— В те времена, — продолжил отец, — Авалон принадлежал простым смертным, и правили в нем короли Англии. То было время великого раздора и борьбы за Корону, когда род Йорков и род Ланкастеров сражались между собой за трон. В истории этот период известен как Война Роз. Она длилась больше тридцати лет. Волшебники были и по ту, и по другую сторону; между ними тоже был раздор. Орден Белой Розы поддерживал Йорков, а Орден Алой Розы — Ланкастеров.
Он улыбнулся мне улыбкой, которую иначе как горькой было невозможно назвать.
— Помнишь, я говорил тебе, что природу Волшебников не изменишь? Представители Ордена Белой Розы до сих пор считают своим символом Розу Йорков, а потомки членов Ордена Алой Розы — красную Розу Ланкастеров. Волшебники Ордена Алой Розы собственноручно уничтожили Йорков, похитив принцев. А так как подозрение в их убийстве пало на Ричарда, он уже не мог соответствовать образу идеального правителя. Так что когда он погиб в сражении, корона перешла к роду Ланкастеров.
Ладно, не надо было быть историком, чтобы понять, к чему клонит отец. Очевидно, некая Мерцающая тех времен приложила руку ко всем этим событиям. Вопрос только в том, насколько и как именно. Я нахмурилась: что он расскажет еще?
— Так что, есть какое-то заклинание, которое может заставить людей просто исчезнуть? И Мерцающая тех времен пронесла это заклинание в Тауэр, произнесла, и принцы исчезли?
— Нет. Волшебник Ордена Алой Розы послал Мерцающую и Рыцаря в Реальный мир простых смертных. Рыцарь навел серию заклинаний, сбивающих с толку, и им удалось просочиться в Тауэр. Там они добрались до принцев.
— Подожди-ка! — воскликнула я. — Я думала, Мерцающая может просто пронести нечто магическое в Реальный мир, но не знала, что можно переносить людей.
Отец кивнул.
— Вокруг Мерцающей существует определенная магическая аура. Если Волшебник или Волшебница соблюдают осторожность, оставаясь в пределах ауры Мерцающей, тогда они тоже могут войти в мир простых смертных, сохраняя при себе весь свой магический опыт и умения. И точно так же Мерцающая может перенести в Волшебный мир какого-нибудь простого смертного с любым техническим изобретением и механизмом.
— Так именно это и случилось с принцами? Рыцарь и Мерцающая похитили их и перенесли в Волшебный мир?
— Да.
— И что стало с ними потом, в Волшебном мире?
Отец взглянул на меня хмуро и печально.
— Смертные не могут выжить в Волшебном мире без ауры Мерцающей, которая их защищала бы. Та Мерцающая бросила их в Волшебном мире на произвол судьбы, и они умерли. Теперь ты понимаешь, откуда «весь этот сыр-бор» по поводу того, что ты — Мерцающая.
Да, теперь не понять это было трудно. Неудивительно, что никто так и не узнал толком, что стряслось с принцами. Никому ведь и в голову не приходило рассматривать возможность того, что их перетащили в Волшебный мир и угробили!
— Заманить Мерцающую на свою сторону — это все равно что владеть атомным оружием. Даже если никто никогда не воспользуется им, одно то, что оно есть, создает угрозу и внушает страх. Грейс хотела заполучить тебя силой, Алистер хотел перетянуть тебя с помощью своих детей, через дружбу и привязанность.
Я вскинула подбородок; мне было больно, что он снова напомнил мне об Итане.
— А ты? — спросила я. — Как собираешься ты перетянуть меня на свою сторону?
Он улыбнулся мне, наклонился и положил свою ладонь мне на руку.
— Я просто буду твоим отцом. Буду защищать тебя, относиться к тебе с добротой и уважением. И я буду говорить тебе только правду.
Я осторожно вытащила свою руку из-под его ладони. Пока что я не готова была к таким интимным, физическим проявлениям любви.
— Твои методы мне нравятся больше, — тихо сказала я.
Он снова улыбнулся, и глаза его блеснули.
— На это я и рассчитываю.
