Пока ехали по большой дороге он не задавал вопросов во время перекусов и не интересовался целью поездки и направлением. Оплата в серебрушку была очень хорошим заработком в день. Когда свернули в сторону финских поселков забеспокоился. Когда их недалеко от финского поселка встретили ожидающие меня трое знакомых охотникаов побледнел, но в присутствии незнакомых вооруженных людей вопросов задавать не стал, а дальше они одни не оставались. Заговорил только через три дня когда возвращались в Псков:
— Ну ты и "подарочек" для меня сделал! Сам рискуешь своей жизнью моей то за что?
— Риска никакого не было. Я заимел возможность с гарантией что меня не тронут несколько раз съездить за солью к финнам. Условие было что я приеду на двух телегах с товаром нужным им. Все условия были выполнены. С тобой я расплачусь. А не говорил, чтобы никто другой не узнал о нашей поездке.
— Риск с финнами всегда есть-дикари. Хотя смотрю вождь и его ключник к тебе с уважением относятся. А деньги где на товар взял?. Ведь товар на две телеги не дешев.
— Деньги занял. Продам соль рассчитаюсь! Я предлагаю в следующий раз занять и на тебя денег у моего знакомого. Одна телега в следующий раз с солью будет моя, а вторая твоя. А расторгуемся и долги отдашь и снова торговлей займешься Пока поездим за солью, потом еще придумаем чего.
Афанасий нахмурился и задумался:
— Подумать надо.
В Пскове не прошло и часа как соль была продана. Дав Афанасию четыре серебрушки, а не три как обещал довез его до дому, а сам поехал к себе.
На следующий день я отправился снова заниматься извозом и за одно хотел узнать, что надумал Афанасий, но того не было а Семен как ему сказали ушел с купеческим караваном и будет только через два дня. Всю следующую неделю Афаеасий не появлялся, как и Семен. Я ходил к нему домой но и там его не было. От соседей узнал, что Афанасий запил. Избил мать и сам куда то ушел Мать пережидает пока он отопьется у каких то из знакомых. На четыре серебрушки можно долго гулять, а мне нужно скоро снова ехать к финнам. Извозчика на вторую телегу нет. А в такую поездку абы с кем не поедешь. Семен так и не вернулся, а с Афанасием я теперь и сам не поеду. Человек меняющий дело на бражку не надежен. Размышляя я шел недалеко от того трактира, где впервые ел в Пскове. У стены конюшни с улицы, кто то плакал. так как уже стемнело пришлось подойти поближе. Плакал парнишка лет двенадцати в котором я узнал того, кто следил за лошадьми во дворе трактира:
— Ну и что за горе случилось, что чуть ли ни воин плачет.
— Трактир продали а у нового хозяина своих детей хватает, чтобы за лошадьми ухаживать. Кому я теперь нужен если только и умею, что за лошадьми ухаживать. Родителей нет сестер братьев то же, одна старая бабушка с которой и живу.
Я тут же подумал о нужном мне ездовом. Физическая сила не нужна, а с лошадьми парнишка ладит.:
— Если работу не найдешь приходи послезавтра на базар где стоят извозчики меня отыщешь там, я тебе работу найду.
Я еще надеялся, что появятся Семен. Но он не приехал на базар… Парнишка пришел как и договаривались. Роста он был мне под подбородок, но судя по рукам сильный.
— Мне требуется ездовой на телегу в дороге будем три четыре дня. Буду платить серебрушку в день. Кроме работы ездового на тебе уход за лошадьми! Выезжать нужно завтра. Согласен?
Парнишка заулыбался.
— Конечно!
Рассказав куда ему надо подойти я отработав стал готовится к поездке. Товар был куплен, продукты заготовлены.
Поездка прошла хорошо без непредвиденных событий. Мрего ездового звали Егор. Для него эта поездка была большим событием. Он выдержал долгие переезды. Кормил его своими продуктами. Когда въезжали в Псков старший стражник при всех спросил:
— Мил человек, а не возьмешь ли одного моего знакомого за солью?
— К сожалению не могу. Я бы и сам возил больше. Но мне разрешено покупать только две телеги не больше.
Отъезжая от стражников я размышлял, что может произойти дальше из за того, что узнали что занимается продажей соли. Афанасий, где то проговорился, больше не кому.
Соль продал так же быстро. О том откуда у меня соль здесь не спрашивали так как меня знали как ездового и от кого я привез соль и чья она неизвестно. Но это не надолго. Скоро и от других пойдут предложения. Я надеялся что узнают о иоих сделках с солью значительно позже. Поставив во двор телеги я отпустил Егора домой после того как он обиходил лошадей. Парнишка зажимая в кулаке полученные серебрушки с улыбкой на все лицо побежал домой. Я приготовил себе поесть и согрев воды помылся. Перекусив лег спать. Дорога все таки забирала силу и утомляла своей монотонностью.
